Рубрика ‘ М ’

Метонимия (от греч. metonymia, букв.- переименование) — троп (см.) или фигура речи (см.), перенос имени с одного класса объектов или единичного объекта на другой класс или отдельный предмет, ассоциируемый с данным по смежности, сопредельности. Основой М. служат пространственные, событийные, ситуативные, семантические, синтаксические и логические отношения между самыми различными категориями объектов, принадлежащими действительности и её отражению в человеческом сознании, закреплённом значениями слов,— между предметами, лицами, действиями, процессами, явлениями, социальными институтами и событиями, местом, временем, формой и содержанием и т. п. М. служит сокращению, сжатию речи. В ней взаимодействуют мыслительные (ассоциативные) и языковые (словообразовательные, синтаксические) механизмы.
Отношения смежности могут возникать как между однородными, так и между гетерогенными категориями, в т. ч. принадлежащими принципиально разным пространствам, напр. реальному миру и его идеальной модели. В этом случае М. граничит с неразличением, отождествлением идеальных и материальных объектов, ведущим к семантическому синкретизму; ср. употребление таких слов, как факт, истина для обозначения истинных высказываний и того, что им соответствует в действительности (события, положения дел).
Имя может быть перенесено: 1) с сосуда, вместилища, помещения на содержимое или объём содержимого, напр.: блюдо - 'большая тарелка' и 'еда, яство', спальня — 'комната для спанья' и 'комплект мебели для спальни', стакан - 'стеклянный сосуд для питья' и соответствующий ему 'объём жидких и сыпучих масс'; 2) с материала на изделия из него, напр.: медь - 'металл' и 'медные деньги'; 3) с места, населённого пункта на совокупность его жителей или связанное с ним событие, напр.: Вся деревня( = всё население деревни) над ним смеялась; Бородино - 'битва на Бородинском поле', дорога — 'проложенный для передвижения путь' и 'поездка, время поездки'; 4) с действия на его результат, место, время или вовлечённый в действие предмет (субъект, объект, орудие), напр.: остановка — 'действие' и 'место остановки транспорта', 'расстояние между остановками', отправление почты - 'действие' и почтовые отправления - 'корреспонденция', свисток - 'акт свиста' и 'приспособление для свиста', охрана — 'действие' и 'охранники', еда -'действие' и 'пища', обивка (мебели) - 'действие' и 'обивочная ткань'; 5) с сопутствующего действия или его частной характеристики на само действие или состояние, напр.: храпеть — 'издавать хриплые звуки во время сна' и 'крепко спать'; 6) с формы выражения содержания или его материального воплощения на само содержание, напр.: толстая книга относится к предмету, а интересная книга — к содержанию; 7) с отрасли знания, науки на предмет науки и наоборот, напр.: грамматика — 'строй языка' и 'раздел языкознания'; 8) с социального события, мероприятия на его участников, напр.: Конференция состоится в мае и Конференция приняла важное решение; 9) с социальной организации, учреждения на совокупность его сотрудников и помещение, ср. ремонтировать фабрику и фабрика забастовала; 10) с целого на часть и наоборот, ср.: груша — 'дерево' и 'плод'; перенос наименования с части на целое, являющийся видом М., называется синекдохой; этот тип М. часто используется в целях аспектизации объекта, напр. фигура, лицо, личность в применении к человеку (юридически ответственное лицо, историческая фигура, роль личности в истории); 11) с эмоционального состояния на его причину, напр.: ужас — 'страх' и 'ужасное событие'; 12) имя автора может использоваться для обозначения его произведений или созданной им модели, стиля, напр.: читать, издавать Толстого; Булль — имя мастера и 'мебель с определённым типом декора'.
Отражая постоянное взаимодействие объектов, М. типизируется, создавая семантические модели многозначных слов. В результате метонимических переносов у слова могут появляться новые лексические значения, при этом в семантике слова со- вмещаются принципиально разные типы значения: признаковые, событийные и предметные (абстрактные и конкретные). Так, имена действия используются для обозначения результирующего объекта (ср.: произведение, сочинение, рассказ, постройка, решение). Если регулярный метонимический перенос осуществляется в пределах словообразовательного типа, то его следствием может быть полисемия (см.) суффикса, но не основы (ср. значение отглагольных суффиксов -анис, -ение). Ассоциация объектов по их смежности, а также понятий по их логической близости превращается тем самым в связанность категорий значения. Такого рода М. служит номинативным целям и способствует развитию лексических средств языка.
М., регулярно возникающая на базе словосочетания или предложения и являющаяся результатом эллиптического сокращения текста, обычно сохраняет ту или иную степень зависимости от условий употребления, не создавая нового словарного значения имени: таблетки от головной боли — таблетки от головы; читать рассказы Чехова—читать Чехова; В музее есть два Рембрандта (в значении 'два полотна Рембрандта'; но нельзя сказать: На одном Рембрандте изображена старая женщина). Особенно прочна связь с контекстом М., при к-рой полное обозначение нек-рой ситуации, опирающееся на предикат, сводится к компоненту предметного значения: — Что с тобой? — Голова (сердце, горло, зубы) в значении 'болит голова (сердце, горло, зубы)'. Хотя имя сердце используется в значении 'боль в сердце' (ср. сердце прошло) и 'заболевание сердца' (ср. Сердце не позволяет ему много работать), такое употребление ограничено определёнными синтаксическими и семантическими контекстами: имя сердце в этих значениях не может сочетаться с прилагательными и процессуальными глаголами, определяющими характер боли или течение заболевания. Нельзя сказать: острое (сильное, ноющее) сердце или сердце обострилось (усугубилось, усилилось). М. такого рода служит средством развития и расширения семантических возможностей употребления слова преим. в разг. речи. Напр., конкретные существительные регулярно получают событийное значение после временных, причинных и нек-рых других предлогов, ср. После лыж ('после прогулки на лыжах') он чувствует себя бодро. Представляя собой способ семантической конденсации текста, такая М. не принадлежит к числу поэтических тропов.

 

Метафора (греч. metaphora - перенос) - троп (см.) или фигура речи (см.), употребление слова, обозначающего нек-рый класс объектов, явлений, действий или признаков, для характеризации или номинации другого, сходного с данным класса объектов или индивида, напр. Собакевич — настоящий медведь. Расширительно М.— любой вид использования слов в переносном значении.
Т.о., источником нового значения является сравнение. Уподобление объектов может быть симметричным; ср. обоюдные М. (Аристотель): загорелись звёзды очей (глаза) и загорелись очи ночи (звёзды). Поэтическая М. часто сближает далёкие объекты: Русь - поцелуй на морозе (Хлебников). М. традиционно рассматривается как сокращённое сравнение. Из неё исключены предикаты подобия {похож, напоминает и др.) и компаративные союзы (как, как будто, как бы, словно, точно и др.). Вместе с ними элиминируются основания сравнения, мотивировки, ситуативные обстоятельства, модификаторы. М. лаконична. Она сокращает речь, сравнение её распространяет. Формальным изменениям соответствуют смысловые. Сравнение выявляет любое — постоянное или преходящее — сходство (или его отсутствие), М.— устойчивое подобие; ср. Вчера он вёл себя как заяц и 'Вчера в лесу он был заяц (можно только Он — заяц). Обозначая сущность объекта, М. несовместима с субъективными установками: 'Мне кажется, она птица, *Я думаю, что Собаксвич медведь. В послесвязочной позиции рус. М. предпочитает им. и. творительному, обозначающему состояние или переменный признак: Командир наш был орёл (*орлом). Твор. п. используется тогда, когда на признак наложен предел, обычно в стереотипных М.: Не будь свиньёй; Каким я был ослом.
М. возникает при сопоставлении объектов, принадлежащих разным классам. Логическая сущность М. определяется как категориальная ошибка или таксономический сдвиг. М. отвергает принадлежность объекта к тому классу, в к-рый он входит, и включает его в категорию, к крой он не может быть отнесён на рациональном основании. Сравнивая объекты, М. их противопоставляет. М. сокращает не только сравнение, но и противопоставление, исключая из него содержащий отрицание термин: Ваня {не ребёнок, а) сущий вьюн. Если сокращённый термин важен для интерпретации М или фокусирования внимания на контрасте, он может быть восстановлен: «Это не кот, а бандит» (Булгаков); «Что это за люди? Мухи, а не люди» (Гоголь); «Не смушка — огонь* (Гоголь).
М. выполняет две основные функции - функцию характеризации и функцию номинации индивидов и классов объектов. Они чётко противопоставлены в субстантивной М. В нервом случае существительное занимает место таксономического предиката, во втором - субъекта или другого актанта. Исходной для М. является функция характеризации. Занимая позицию предиката, М. постепенно утрачивает предметное значение и вместе с тем ббльшую часть входящих в него семантических компонентов. Смысл М. ограничивается указанием на один или немногие признаки. Употребление М. в актантной позиции вторично. В рус. языке оно поддерживается указательным местоимением: «Живёт эта вобла в имении своей бывшей жены» (Чехов).
Конкретная М. часто используется для характеристики непредмегного субъекта: Любовь — пьянящее вино; Совесть - когтистый зверь. Обратное явление редко: «Господи, это же не человек, а -дурная погода» (М. Горький). М. выполняет характеризующую функцию также в позиции приложения: глаза-небеса, случай - Бог-изобретатель. В соположении далёких понятии иногда видят сущность поэтической М. В образной поэтической речи М. может вводиться прямо в именную позицию и её референция остаётся неэксплицирован-ной (М.-загадки): «Били копыта по клавишам мёрзлым» (т.е. булыжникам) (Маяковский). Утверждаясь в номинативной функции, М. утрачивает образность: горлышко бутылки, анютины глазки, ноготки. Номиналнзация метафорических предложений, при к-рой М. переходит в именную позицию, порождает один из видов генитивной М.: Зависть - это яд-^-яд зависти, ср. также вино любви, звезды глаз, червь сомнения и пр. Род. п. определяет денотативную отнесённость М. Он неупотребителен при личном субъекте: "осел Ивана, 'медведь Собакевича. М. этого типа распространена в романских языках: йен. el burro de Juan, итал. I'asino di Giovanni, франц. cet one de Jean.
Ориентация на характеризующую функцию отличает М. от метонимии (синекдохи), предназначенной прежде всего для выделения предмета речи. В предложениях Вон та голова - это голова. Эта шляпа — ужасная шляпа имена голова и шляпа получают в субъекте метонимическое (идентифицирующее) прочтение, а в предикате - метафорическое (предикатное). Будучи ориентированы на одну - предикатную - позицию, сравнение и М. находятся между собой в парадигматических отношениях. М. и метонимия позиционно распределены. Их отношения являются синтагматическими.
Оба основных типа полнозначных слов - имена предметов и обозначения признаков - способны к метафоризации значения. Чем более дескриптивным (многопризнаковым) и диффузным является значение слова, тем легче оно получает метафорические смыслы. Среди существительных метафо-ризуются прежде всего имена предметов и естественных родбв, а среди признаковых слов — слова, выражающие физические качества и механические действия. Метафоризация значений во многом обусловлена картиной мира носителей языка, т. е. народной символикой и ходячими представлениями о реалиях (ср. фигуральные значения таких слов, как ворон, ворона, черный, правый, левый, чистый и пр.).
Метафоризация значения может либо проходить в пределах одного семантического типа слов, либо сопровождаться переходом из одного типа в другой.
М. не выходит за рамки конкретно-предметной лексики, когда к ней прибегают в поисках имени для нек-рого (обычно непоименованного) класса реалий. М. в этом случае составляет ресурс номинации. Вторичная для М. функция используется как приём образования имён предметов. Семантический процесс сводится к замене одного дескриптивного значения другим. Перенос может основываться на сходстве любого признака: формы (журавль колодца), цвета (белок глаза) и пр. Номинативная М. часто порождает омонимию.
Второй тип М. состоит в семантическом сдвиге: переходе предметного значения в категорию признаковых слов (ср. волк 'хищный', чурбан 'тупой, бесчувственный'). Обозначая свойства, уже имеющие в языке название, образная М., с одной стороны, даёт языку синонимы, а с другой - обогащает слова фигуральными значениями. Обратный описанному процесс перехода признакового значения в категорию конкретной лексики не характерен для М.
Метафоризация третьего типа протекает в среде признаковых слов и заключается в сопоставлении субъекту М. признаков, свойств и действий, характерных для другого класса объектов или относящихся к другому аспекту данного класса. Так, прилагательное острый, относящееся в прямом смысле к колющим и режущим предметам, получает метафорическое значение в сочетаниях: острое слово, острый ум, острый конфликт, острая боль, острая обида, острый кризис и др. В этом типе М. указан признак вспомогательного субъекта, но нет прямой отсылки к термину сравнения (классу предметов), имплицируемому значением М. Признаковая М. также может быть выведена
из сравнения: Ветер шумит так, как будто воет зверь—- Ветер воет, как зверь — Ветер воет. М. этого типа служит источником полисемии слова. Существует ряд общих закономерностей метафоризации значения признаковых слов: физический признак предмета переносится на человека и способствует выделению и обозначению психических свойств личности (ср. тупой, резкий, мягкий, широкий и пр.); атрибут предмета преобразуется в атрибут абстрактного понятия (поверхностное суждение, пустые слова, время течёт), признак или действие лица относится к предметам, явлениям природы, абстрактным понятиям (принцип антропоморфизма: буря плачет, утомлённый день, время бежит и др.), признаки природы и естественных родбв переносятся на человека (ср.: ветреная погода и ветреный человек, лиса заметает следы и человек заметает следы). Процессы метафоризации, т.о., часто протекают в противоположных направлениях: от человека к природе, от природы к человеку, от неодушевлённого к одушевлённому и от живого к неживому. Перенос от предметных категорий к абстрактным инвертируется редко. Признаковая М. является орудием выделения, познания свойств материальных тел и абстрактных категорий, и её можно назвать когнитивной. Важный результат когнитивной М.- создание вторичных предикатов, т. е. предикатов, относящихся к нефизическим объектам (следовать, предшествовать, вытекать, выводить, развиваться, яркий, глубокий и др.). Расширяя круг сочетаемости слова, когнитивная М. часто приводит к созданию очень общих значений.
Итак, выделяются три семантических типа языковой М.: номинативная, образная, когнитивная.
М. редко стоят особняком. Они опираются на немногие аналогии, вследствие чего одна М. бывает приложима ко многим категориям объектов. Так, в основе метафор эмоций лежат аналогии: с жидким, текучим состоянием вещества (страсти кипят, прилив чувств, хлебнуть горя); с огнём (гореть желанием, искра сострадания, любовный пыл); с воздушной стихией (буря страстей, вихрь чувств, чувства обуревают); с болезнью, отравой (лихорадка любви, зависть отравляет душу); с живым существом (чувства рождаются, умирают, воскресают, говорят) и нек-рые другие. К одному объекту могут быть отнесены разные М. Их смысловое согласование может нарушать единство образных рядов: лить жар любви, пить огонь страстей; напр.: «Он пил огонь отравы сладкой* (Пушкин), «Цветок — звезда в слезах росы» (Блок).

 

Местоимение, местоименное слово,- слово, указывающее на лицо, предмет или признак, по не называющее их (он, этот, такой, столько, там, тогда). Термины «М.» и «местоименные слова» традиционно употребляются применительно к широкому кругу слов, объединённых общей указательной функцией или — её разновидностью — функцией заместительной. Как словесные знаки, не имеющие собственного предметного содержания, М. противопоставлены всем лексически полноценным словам. В отличие от слов-названий, местоименные слова не называют лиц, предметов, признаков, а только указывают на них или — в контексте - выступают как заменители слов, их называющих. Так, слово он (его, ему и т. д.) может указывать на лицо мужского пола, называемое существительным муж. или общего рода (студент, судья), а также на любой предмет, называемый существительным муж. рода: живое существо (мальчик, скворец, жук), конкретный предмет (стол, дом), событие, ситуацию (приезд, мятеж, разгром, конфликт). Слова какой, такой могут указывать на любой признак, а слова где, когда, как — на любое обстоятельство со значением места, времени и характера протекания ситуации, события. Как лексический разряд местоименные слова представляют собой замкнутую, непополня-ющуюся группу слов.
Тот факт, что М.— формально различны, даёт основания для двоякой классификации всех местоименных слов: по признаку формальной принадлежности к той или иной части речи; но семантическому признаку. По первому признаку все местоименные слова делятся на 4 класса: на местоимения-существительные (я, ты. мы, вы, он, кто, что и др.), на местоименные прилагательные (такой, какой, всякий, мой, наш, ваш, тот, этот и др.), местоименные числительные (столько, несколько, сколько и др.) и местоименные наречия (где, когда, там, всюду и др.).
По семантическим основаниям все местоименные слова делятся на след. 7 разрядов. Личные местоименные слова, включая собственно личные местоимения: я, ты, он (она, оно, они), мы, вы, притяжательные местоименные прилагательные мой, твой, наш, ваги, его, сё, их и местоименные наречия по-моему, по-твоему, по-нашему и др. Возвратные местоименные слова: себя, свой, по-своему, а также взаимно-возвратное М. друг друга. Вопросительно-относительные местоименные слова: кто, что, какой, каков (в значении сказуемого), который, чей, сколько, где, когда, почему и др. Указательные местоименные слова-такие, как этот, тот, такой, таковой, таков (в значении сказуемого), этакий (эдакий); столько, настолько; здесь, там, тут, тогда. Вместо конкретного указания на предмет или признак употребляются также местоименные указательные слова с постфиксом -то, образованные от местоименных указательных слов: тот-то, такой-то, столько-то, туда-то, так-то, там-то, тогда-то и т.п. Определительные местоименные слова, традиционно объединяющие разные по семантике местоименные прилагательные и наречия: усилительно-выделительные слова сам и самый; слова со значением полноты охвата предмета или совокупности предметов: весь, всяческий, по-всякому, везде, всюду, всегда; слова со значением отдельной единицы из совокупности многих однородных единиц: всякий, каждый, любой; елова с указательным значением 'не этот', 'не тот', 'не так': другой, иной, по-другому, иначе. Отрицательные местоименные слова: никто, ничей, никакой, никоторый, некого, нечего, негде, некуда, некогда, никуда, никогда, незачем. Все эти местоименные слова образованы от вопросительных с помощью приставок ни- и не-. Неопределённые местоименные слова: некто, нечто, некоторый, некий, некогда ('когда-то в прошлом'); кто-то, что-то, сколько-то, где-то, когда-то, почему-то; кто-либо, что-либо, какой-либо; чей-либо, где-либо, когда-либо, отчего-либо; кто-нибудь, что-нибудь, чей-нибудь, где-нибудь, куда-нибудь, когда-нибудь, зачем-нибудь, отчего-нибудь; кое-кто, кое-что, кое-какой, кое-где, кое-когда. Все эти местоименные слова образованы от вопросительных с помощью приставок не- и кое-, постфиксов -то, -либо, -нибудь.
В связи с тем, что местоименные слова объединяют в себе слова разных частей речи, определились различные точки зрения на положение М. в системе частей речи в целом. Одни исследователи считают М. особой частью речи, категориальным значением к-рой является указательность, другие полагают, что М. не составляют единой части речи, а распределяются по тем частям речи, формам и функциям к-рых они соответствуют. Нек-рые учёные в качестве особой части речи выделяют только М.-существительные. В отличие от имён существительных, к-рые они замещают или на к-рые они указывают, М.-существительные характеризуются собственным выражением категориальных значений рода, числа и падежа, а также особенностями форм словоизменения. Местоименные прилагательные, местоименные числительные и местоименные наречия не обладают подобной спецификой и потому рассматриваются как особые разряды местоименных слов, выделяемые внутри соответствующих частей речи (прилагательных, числительных, наречий) [так описаны М. в академической «Русской грамматике» (1980) и в «Краткой русской грамматике» (1989)].

 

Машинный   фонд   русского   языка -
программа комплексной информатизации исследований в русистике (см.); разработана в нач. 1980-х гг. А. П. Ершовым и Ю. Н. Карауловым; реализуется в Институте русского языка им. В. В. Виноградова РАН. Под комплексной информатизацией научных исследований и прикладных разработок понимается: последовательное оснащение отделов Ин-та рус. языка и организаций-соисполнителей совр. вычислительными машинами с перспективой их объединения в вычислительную сеть; последовательное накопление на машинных носителях и в базах данных главнейших источников, необходимых для научного изучения рус. языка и осуществления прикладных разработок; создание программных средств, необходимых для подготовки научных трудов по филологии и проведения прикладных разработок; развитие прикладных направлений (лексикографии, термино-ведения, автоматической обработки данных на естественном языке) как составной части академической и вузовской русистики, являющихся, с одной стороны, проводником результатов фундаментальных исследований в практику, а с другой -источником  новых  идей и данных для фундаментальной науки. В рамках проекта М.ф. р. я. разрабатываются 9 фондов-составляющих (генеральный словник, словарный, текстовой, грамматический, терминологический, лингвогеографиче-ский, исторический, фонетический и лингвистический программно-источниковый фонды рус. языка) и одна программная система - типовой лингвистический программно-источниковый пакет UNILEX.
Генеральный словник и словарный фонд сосредоточивают в своих базах данных все словари совр. рус. языка. Словарный фонд создаётся одновременно и как информационная система по лексике, и как система автоматизации лексикографических работ. Текстовой фонд— совокупность автоматических конкордансов (словарей особого типа, в к-рых для каждого словарного слова приведены все контексты его употреблений в определённом корпусе текстов) произвольных текстов. Такие конкордансы изготавливаются по мере надобности и хранятся в фонде. Грамматический фонд- информационная система по академическим грамматикам рус. языка. Кроме грамматик, она включает в себя также другие справочные материалы по морфологии, синтаксису и словообразованию. Терминологический фонд- информационная система по совр. научно-технической терминологии. Лингвогеографический фонд включает в себя автоматический вариант «Диалектологического атласа русского языка», а также словарные и текстовые справочные системы по диалектной лексике. Исторический фонд — система автоматизации подготовки к изданию памятников рус. письменности. Ядром фонетического фон-д а является информационная система по фонотеке Ин-та рус. языка. С ней связана система автоматизации фонетических исследований. Лингвистический программн о-и сточниковый фонд включает в себя источники для изучения рус. языка (на машинных носителях) и программные средства для их обработки.
Средствами   комплектации   фондов-составляющих   являются   т. н.   лингвистические   программно-источниковые пакеты, т. е. программные комплексы, управляющие крупными лингвистическими источниками. К ним относятся, напр., автоматические конкордансы, автоматические словари, автоматический вариант «Диалектологического атласа русского языка», информационная система по «Краткой русской грамматике», процессоры рус. языка и другие средства автоматизации и информационного обеспечения лингвистических исследований и разработок.
В 1985-96 в М. ф. р. я. накоплены на машинных носителях и частично в базах данных текстовые источники рус. лит-ры 19-20 вв., главнейшие словари рус. языка, «Краткая русская грамматика» (1989), нек-рые другие материалы справочного характера, созданы текстовые корпусы поэзии, художественной прозы, общественно-политических и технических текстов; разработан программно-источниковый пакет UNILEX для персональных компьютеров, состоящий из 5 подсистем: подсистемы обработки лингвистических данных общего назначения, текстоориентирован-ной подсистемы, словарной подсистемы, телекоммуникативной подсистемы и редакционно-из-дательской подсистемы. Каждая из этих подсистем может использоваться независимо от других.

 

М, м - четырнадцатая буква русского алфавита. Название буквы — «эм» употребляется как существительное ср. рода: прописное м. По начертанию восходит к букве кириллицы (см.) «мыслете», к-рая ведёт происхождение от греч. прописной буквы «мю» и финикийского «мем». В кириллице имела числовое значение 'сорок'.
Основное графическое значение буквы м — обозначение общей части фонем (м) и (м'): губная, носовая. Твёрдость и мягкость этих фонем обычно обозначаются следующей за м буквой или другим графическим знаком: (м) — мать, много, ум (твёрдость обозначена пробелом); (м') - мять, заумь. Кроме того, после букв, обозначающих общую часть соответствующих твёрдых и мягких фонем, буква м обозначает твёрдость этих фонем: обмен, травма, догма.