Рубрика ‘ Н ’

Нераспространённое предложение - простое односоставное или двусоставное предложение, не содержащее второстепенных членов, т. е. грамматическая (предикативная) основа предложения: Метель; Смеркается; Довольно; Обсуждают; Отъезжающие расходятся; Такси!
Односоставные Н. п. могут быть именными: Звонок; Ни души; Ай да малыш!; Будет мороз; с глаголом-сказуемым в личной форме: Знобит; Стемнело; Звонят; наречными: Весело; Тихо; инфинитивными: Не робеть! Односоставные Н.п. могут состоять более чем из одного компонента: Масса дел; Можно ехать; Ни звука; Где уж ждать!; Не о чем жалеть; Перестало морозить.
Подлежащее и сказуемое двусоставного Н.п. также могут быть представлены несколькими словоформами: подлежащее может быть выражено количественно-именным сочетанием, напр. Выступило на два претендента больше; Много команд проиграло; целым предложением, напр. «Выхожу один я на дорогу»-стихотворение Лермонтова; сказуемое может быть осложнённым, напр. Он выглядит усталы м; Рекорды считались непревзойдёнными; Дочь   пошла   в   мать; Коробка оказалась пустой; Сын решил начать заниматься  боксом.
Условием нераспространённости являются информативная достаточность главного (главных) члена (членов) и структурная неделимость предложения. Система изменения предложения (парадигма предложения) допускает введение в его структуру служебных глаголов, частиц, мену наречия на прилагательное, напр. Поверить было бы наивно/наивным.

 

Норма   языковая,   норма    литературная,— принятые в общественно-языковой практике образованных людей правила произношения,     словоупотребления (см.), использования традици-   онно сложившихся грамматических, стилистических и других языковых средств. Лит. H. складывается как совокупность устойчивых, традиционных реализаций языковой системы в результате социально-исторического отбора языковых элементов из числа сосуществующих, образуемых вновь или извлекаемых из пассивного запаса прошлого и возводимых в процессе общественной коммуникации в ранг правильных, пригодных и общеупотребительных. Н. литературного языка в сознании говорящих обладает качествами особой правильности и общеобязательности, она культивируется в передачах радио и телевидения, в театре, в массовой печати и является предметом и целью школьного обучения родному языку. Для письменной речи существуют также орфографические нормы - система правил, устанавливающих единообразную передачу звукового языка на письме (см. Орфография).
От объективно существующей Н. следует отличать её кодификацию, т. е. описание и закрепление её в словарях, грамматиках, учебных пособиях и т.п. Официальная кодификация (напр., географические наименования) закрепляется в законодательных актах, правительственных постановлениях и других документах.
Н. языка - категория социально-историческая по своей природе и динамическая по характеру функционирования и развития. Она стабильна и системна (поскольку прямо связана со структурой языка) и вместе с тем изменчива и подвижна. В её реализации и закреплении (кодификации) большую роль играет стремление говорящих и пишущих к сознательному сохранению традиций в использовании языковых средств, в выборе вариантов и т. п.
Н. различается по степени устойчивости в разных уровнях языка и в различных условиях общения. Решающим при этом оказывается характер соотношения Н. и системы (структуры). Так, в области орфоэпии система целиком определяет Н. (ср. фонетическое чередование о под ударением с безударным а, оглушение звонких согласных в конце слова и перед глухими согласными и т. п.), что и создаёт понятие образца, идеала правильного произношения, на к-рый должно ориентироваться общество. В области лексики система не находится в таком тождественном отношении к Н. Содержательный план здесь господствует над планом выражения. Возникает проблема правильности, смысловой точности и стилистической уместности слова в высказывании (ср. употребление синонимов, паронимов, фразеологических оборотов и т. п.). В области грамматики отношения системы и Н. строятся иначе: на первый план выступают модели и образцы (парадигмы) и критерий соответствия им речевых реализаций, в частности новообразований (напр., планетарный, океанический, личностный и т. п.). В стилистике Н. регулирует применение стилистически и экспрессивно окрашенных или нейтральных языковых средств в соответствии с содержанием и целью речи, условиями общения (контактное или дистантное), тональностью высказывания, требованиями жанра и т. п. (ср., напр., неуместное использование книжных слов и конструкций в сугубо бытовой речи).
По степени обязательности различаются Н. императивные (строго обязательные) и диспозитив-ные (восполнительные, не строго обязательные). Нарушение императивных Н. расценивается как слабое владение рус. языком (напр., нарушение Н. склонения, спряжения или принадлежности к грамматическому роду). Такие Н. не допускают вариантов (невариативные Н.), и любые другие реализации расцениваются как неправильные, недопустимые. Напр.: алфавит (неалфавит), досуг (не дбсуг), принял (не принял), курица (не кура), благодаря чему (не благодаря чего). Диспозитив-ные Н. допускают варианты - стилистически различающиеся или вполне нейтральные (вариативные Н.). Напр.: баржа и баржи; манжет, -а (муж. род) и манжета, -ы (жен. род); в бтпуске (нейтр.) и в отпуску (разг.). Н. может иметь профессиональные варианты (напр., рапбрт и компас - у моряков; эпилепсия, флюорография -в речи медиков; формы мн. ч. стапеля, кожухи, профиля, штурмана и т. п.- в профессиональной речи специалистов; технические термины дребезг, выбег, растир и т. п.).
Среди вариантов, объективно сосуществующих в языке (см Вариантность), следует различать варианты, находящиеся в пределах лит. Н. (напр., иначе и иначе, завддекий и заводскбй, уставный и разг. уставнбй, маркетинг и разг. маркетинг, в адрес и по адресу), и варианты, один из к-рых нормативен, а другой - нет и стоит за пределами лит. языка (напр., правильно призыв и неправильно призыв; правильно оплатить что или заплатить за что и неправильно оплатить за что; правильно последний в очереди и неправильно крайний в очереди).
Объективные колебания лит. Н. обычно связаны с развитием языка, когда варианты являются переходными ступенями от устаревающей Н. к новой, служат средством унификации или, напротив, стилистической дифференциации языковых элементов. В тех случаях, когда варианты ничего не привносят в смысловом, стилистическом и других отношениях, говорят обычно о дублетах. Лит. Н. стремится к освобождению от простых дублетов. Варианты Н. охватывают разные уровни языка: существуют варианты Н. орфоэпические (буд-ни\ш]ний и будни[ч]ный, высо[к']ий и высок[ъ]й), акцентологические (родился и родился), морфологические и словообразовательные (спазм, -а, муж. род и спазма, -ы, жен. род; напроказить и напроказничать), варианты грамматических форм (стакан чаю и стакан чая; воска и воску; граммов и грамм; капает и каплет), синтаксические (исполненный чем и исполненный чего; жду письмо и жду письма).
Н.- одно из важнейших условий стабильности, 271 единства и самобытности национального языка, а стабильность и единство, в свою очередь, являются условием многовекового существования национальной лит-ры. Н. регулирует не только воспроизведение готовых «образцов», но и создание новых фактов в процессе речевой деятельности. Критерии лит. Н. в историческом плане - языковая традиция, культурное наследие прошлого, язык классической лит-ры, а в плане совр. употребления - соответствие структуре языка, массовая и регулярная воспроизводимость и «подравнивание» под речь, признаваемую образцовой (речевые навыки образованных людей, авторитет радио, телевидения, театра, печати и т. п.). Н. определяет реализацию тех возможностей, к-рые заложены в системе языка. Она ограничивает и регулирует использование в языке различных изофункцио-нальных (т. е. сходных по функциям) средств. Ср., напр., ждать поезда (неизвестно какого, любого, идущего в нужном направлении) и ждать поезд (определённый, конкретный, именно этот, а не другой); несколько человек выступило (имеется в виду единство или общая нерасчленённость действия) и несколько человек выступили (имеется в виду несогласованность или просто расчленённость, множественность действия, его индивидуальная обособленность).
С позиций динамического подхода Н.- это не только результат речевой деятельности, закреплённый в традиции или образцах (реализованная, воплощённая Н.), но также и создание новых средств в соответствии с возможностями системы или по аналогии с уже реализованными образцами (реализуемая, потенциальная Н.). При нормативной оценке новообразований учитываются, во-первых, их массовая и регулярная воспроизводимость в речи и, во-вторых, активное взаимодействие с другими звеньями системы (ср. новое: заявление на кого-что, по аналогии с жалоба на кого-что, вместо старого: заявление о ком-чём)
Изменения лит. Н. определяются внешними (социальными) факторами и внутренними тенденциями развития фонетической, лексической, грамматической, стилистической систем (действие законов аналогии, экономии языковых средств, взаимодействие формы и смысла в процессе речи и др.); колебание Н. является результатом взаимодействия функциональных стилей, взаимодействия лит. языка (в силу его открытости) с диалектами, просторечием, профессиональной речью и т. п. Н,— центральное понятие теории культуры речи (см.). Учение о Н.- основа теоретической нормализации, научных рекомендаций и прогнозов в области речевой культуры.

 

Номинация (от лат. nominatio - наименование) - образование языковых единиц, характеризующихся номинативной функцией, то есть служащих для называния и вычленения фрагментов неязыковой действительности и формирования соответствующих понятий о них в форме значения языковых единиц - слов, сочетаний слов, фразеологизмов и предложений. Этим термином определяют и результат процесса Н.-.значимую языковую единицу.
Процессы Н. связаны с коммуникативным предназначением языка, на неё воздействуют и прагматические факторы, отражающие отношение именующего к тому, что им обозначается, или к условиям речи. Н. свершается в речевой деятельности, а её результаты осваиваются системой языка.
В зависимости от характера объекта (обозначаемого) различают событийные и элементные Н. Первые обозначают внеязыковые события (ситуации) и имеют форму предложения. Вторые, обозначая «кусочки» действительности, её элементы, служат строительным материалом для предложения и имеют форму слов, сочетаний слов и фразеологизмов различных типов. Среди элементных Н. наиболее чётко выделяются «вещные» — имена существительные (нарицательные и вещественные: дерево, дом, вода, песок). Они указывают своим содержанием на элементы предметного ряда. Именам предметов противостоят признаковые имена, обозначающие свойства предметов — отвлечённые от них качества, состояния, процессы, а также абстрактные понятия о несубстанциональных элементах действительности, выражаемые прилагательными, глаголами и наречиями (красный, сидеть, думать, доброта, характер). Эти имена соотносятся со своими обозначаемыми через указание на класс носителей признаков и приспособлены к функции предикации признака. Промежуточное положение между этими типами занимают имена, обозначающие лица по роду их занятий, родству и т. п., и опредмеченные имена процессов, в к-рых понятия об их признаках подводятся под категорию предметности (сапожник — 'тот, кто шьёт или чинит обувь', хитрец — 'тот, кто хитрит', дружба - 'близкие отношения'). У Н., сформировавшихся за счёт переосмысления уже готовых языковых единиц, имя выступает во вторичной для него функции. Способы переосмысления имеют логическую форму тропов (см.) или характеризуются расширением либо сужением объёма понятия: ручка (для письма) -метафора; класс (об учениках) - метонимия; движение (как форма существования материи) - расширение; движение (транспорта) — сужение и т. п. Переосмысляемое значение выступает в роли внутренней формы новой Н.; эта форма может стираться при образовании языковой единицы или частично сохраняться, передавая нек-рые компоненты предшествующего значения в сформировавшееся, способствуя осознанию номинативной преемственности многозначных слов. В зависимости от сохранения или утраты-внутренней формы различаются мотивированные или немотивированные значения слов (ср. стёршуюся мотивированность у слов ножка, ручка, волноваться и ещё живую - у слова спутник). Особым случаем вторичной Н является образование идиом (см.).
По характеру соотнесения с действительностью различаются автономные и неавтономные Н. Автономные Н. непосредственно указывают на обозначаемое и, обладая в силу этого самостоятельной номинативной функцией, имеют свободные значения. Неавтономные Н. соотносятся с обозначаемым косвенно — только при совместной реализации с другими, спорными для них Н., они не обладают самостоятельной номинативной функцией, а их значения выступают как связанные (ср.: тяжёлый - о весе и тяжёлый характер, приходить куда-либо и приходить в восторг, сын чей-либо и сын степей).
Н., соответствующие закономерностям внутреннего развития языка и отвечающие потребностям языкового коллектива в новых номинативных средствах, обычно входят в общеупотребительный словарный запас. За его пределами остаются Н., создаваемые для нужд специального терминологического обозначения или возникающие в узких социальных языковых коллективах (жаргонные Н.), а также в индивидуальном языковом творчестве.

 

Номинативное предложение, назывное предложение,— простое односоставное безглагольное предложение (см. Односоставное предложение) с главным членом, выраженным именительным падежом существительного (номинативом). Отсутствие глагола в Н. п. значимо -это нулевая форма глагола быть, передающая грамматическое значение наст, времени изъявительного наклонения. В прош. или буд. времени, а также в сослагательном или повелительном наклонении с Н. п. соотносятся предложения с глаголом быть в соответствующих формах, ср. Зима. Мы часто ходим на лыжах и двусоставное предложение Будет зима. Станем на лыжи.
В Н. п. сообщается о существовании, бытии (см. Бытийные предложения) того, что названо именем существительным в им. п.: «Славная осень. Морозные ночи. Тихие, ясные дни» (Некрасов); «Тишина. Полоска света. Что там дальше - поглядим* (Твардовский).
Часто Н. п. выступают с указательной частицей вот: «Вот мельница. Она уж развалилась» (Пушкин); «Вот лещик, потроха. Вот стерляди кусочек* (Крылов).
В число Н. п. нек-рые исследователи включают также названия книг, наименования на вывесках и т. п.: «Война и мирр; Букварь; Универмаг; Молоко.
От Н. п. следует отличать предложения с т. н. именительным темы (именительным представления): «Испания... Он видел её берега в кремнистых далях, отрезанные от неба, как мечом, полосой густейшей морской синевы» (Паустовский). В таких предложениях им. п. существительного представляет собой, как явствует из названия, тему сообщения, к-рая развивается во второй части предложения.
Н. п. широко используются в художественной лит-ре, особенно в поэзии, позволяя создавать лаконичные, по выражению ёмкие, образные и весьма динамичные (при употреблении отглагольных существительных) словесные картины: «Шёпот, робкое дыханье. Трели соловья, Серебро и колыханы? Сонного ручья. Свет ночной, ночные тени. Тени без конца. Ряд волшебных изменений Милого лица. В дымных тучках пурпур розы, Отблеск янтаря, И лобзания, и слёзы, И заря, заря!..* (Фет).
В разг. речи, в различных стилях лит. языка Н. п. практически не употребляются, хотя потребность в выражении бытийности - основного значения Н. п.- в них существует. Эта потребность удовлетворяется за счёт двусоставных бытийных предложений, в основе структуры к-рых лежит схема «обстоятельство места (локализатор) — бытийный глагол - сказуемое - имя бытующего предмета - подлежащее», напр. Мы вошли в сад. Там были яблони, груши, сливы, ср. с Н. п. Мы вошли в сад. Яблони, груши, сливы. Подлежащее двусоставного предложения и главный член Н. п. имеют одну существенную общую особенность: имя существительное в им. п., к-рое выражает эти члены предложения, обозначает не какой-то конкретный предмет, явление, а только понятие о нём; чтобы осмыслить это имя, не надо представлять себе никаких конкретных яблонь и т. п. Несомненное сходство Н. п. и двусоставных бытийных предложений породили две противоположные точки зрения на их место в синтаксической системе языка. Согласно одной из них, Н. п.- это, в отличие от безличного и других односоставных предложений, не особый тин односоставного предложения, а стилистическая разновидность бытийных двусоставных предложений.  Согласно другой, двусоставное бытийное предложение - особая модифи-   269 кация Н. п.

 

Непроизносимые согласные - явление русской фонетики, при к-ром в группе согласных фонем (см.) одна из них оказывается представленной нулём звука. Напр.: в сочетании стн не произносится звук [т\: че\сн\ый (ср. честь), воз-ра\сн]ой (ср. возраст), прихва\сн\уть (ср. хвастать); в сочетании здн не произносится звук [д]: звё[зн]ый (ср. звезда), по[з'н']ий (ср. опоздать), нае[з'н']ик (ср. езда); сочетание ндск произносится как [нск]: голла[нск']ий (ср. Голландия), ир-ла[нск']ий (ср. Ирландия); сочетания рдц, рдч,
встречающиеся лишь в одном корне, произносятся без [д]: се[рц]е, сс[рч]ишко (ср. сердечный); в сочетании лнц, также представленном в одном корне, не произносится [л]: со[нц]е (ср. солнечный).
В других группах согласных такое упрощение происходит не столь регулярно. Так, в сочетании стл допускается вариативное произношение: одни слова произносятся без [т], напр. сча[сл']ивый (ср. счастье), зави[сл']ивый (ср. зависть); другие - с [т], напр. ко[стл']явый, по[стл]атъ. Группа согласных нтск произносится и с упрощением, и без него, напр. гша[нск']ий (ср. гигант), парламе[нск' \ий (ср. парламент), комен-да[нск']ий (ср. комендант), ташке[нск'\ий (ср. Ташкент) и гига[нцк']ий, парламе[нцк']ий, ко-менда[нцк']ий, ташке[нцк'\ий, где тс даёт в произношении [ц].
В старомоск. лит. произношении упрощением было охвачено больше групп согласных. Так, сочетания стк, здк, нтк произносились без [т], напр.: неве[ск]а (невестка), пое[ск]а (поездка), громо[ск']ий (громоздкий), квартира[нк]а (квартирантка). В совр. языке такое произношение является приметой просторечной или диалектной речи; в лит. языке эти группы произносятся без упрощения: пове[стк]а, громо[стк']ий, сту-де[нтк]а.
В разговорной речи (см.) упрощение охватывает также и другие группы согласных, и не только в середине слова, но и на стыке двух слов.

 

Неполное предложение - традиционное название предложения, в к-ром нет нек-рых возможных в нём членов предложения, но смысл, передаваемый ими, остаётся. В предложении «Дела булочной шли хорошо, лично мои - всё хуже* (М. Горький) о возможности других членов предложения сигнализируют обстоятельство всё хуже, к-рое употребляется обычно при глаголе, и определение мои, к-рое обычно бывает при существительном. Подлежащее (мои дела) предполагает сказуемое, следовательно, в данном предложении «пропущены» глагол-сказуемое и определение к подлежащему. На то, какое конкретное значение передают невыраженные члены предложения, указывает либо контекст, либо внеязыковая действительность; в рассмотренном предложении — это 265 контекст, т. е. первая часть сложного предложения, ср. Дела булочной шли хорошо, лично мои дела шли всё хуже. Неполными, т. о., предложения могут быть только по составу членов предложения, но не по смыслу.
Возможность восстановить отсутствующий член предложения отличает Н. п. 1) от полных предложений с нулевой формой наст, времени глагола быть, связочного или полнозначного (Я инженер; Я в школе); этой форме не может соответствовать никакая более полная (не говорят: Я есть инженер; Я есть в школе); 2) от полных односоставных предложений, в к-рых второй состав специальным словом выражен быть не может (ср.: Его пригласили в гости; Светает). Не относятся к неполным многие конструкции, синтаксическое членение к-рых в значительной степени стёрто вследствие их фразеологизации: Доброе утро\; С Новым годом} и т. п.
Различаются след. типы Н. п. Контекстуальны е Н. п., опирающиеся на соответствующий контекст. Чаще всего этот контекст бывает диалогическим. В диалоге неполными бывают обычно вторые реплики, соотносимые с полными первыми: «[Варя] Фирса отвезли в больницу? - [Аня] О т -везли» (Чехов); «[Лида] Очень я тебя любила.— [Максим] И я тебя* (Розов). В роли необходимого контекста может выступать первая часть сложного предложения, на к-рой основывается неполнота второй части: «Алёша смотрел на них, они на него* (Достоевский); «Вся женская родня прочила его в военную службу, мужская  -  в  гражданскую* (Гончаров).
Ситуативные Н.п., опирающиеся на соответствующую внеязыковую ситуацию. Напр., грузчик, внося в квартиру холодильник, может употребить неполное предложение: «Куда его? (ставить)».
В контекстуальных и ситуативных Н п. отсутствующим может быть любой член: подлежащее, сказуемое, второстепенные члены или сразу несколько членов:
« — Я завтра уезжаю.
Она взглянула испуганно: -Куда! — В  Смоленск. -Зачем?* (Бунин).
В репликах этого диалога, кроме первой, нет подлежащего, сказуемого и обстоятельства завтра. На месте отсутствующего члена в Н. п. может ставиться тире, особенно часто в однотипных частях сложного предложения: «Они смотрели друг на друга: Райский — с холодным любопытством, она — с дерзким торжеством, сверкая смеющимися глазами» (Гончаров); «Нина несла кашу, Витя — пустую кастрюльку» (Федин). Постановка тире в Н. п. не является обязательной.
Только контекстуальные недиалогические Н. п. характерны для всех функциональных сфер языка, в т. ч. и для таких строгих, как научный стиль: «Известно, например, что электроны, протоны и нейтроны подчиняются статистике Ферми — Дирака. Фотоны и пи-мезоны — статистике Бо-зе — Эйнштейна* (газ.). Другие типы Н. п. принадлежат прежде всего разг. речи. Широко представлены эти Н. п. и в языке художественной лит-ры, гл. обр. в речи персонажей. Естественно, в письменной речи невозможно дать внеязыковую ситуацию, но её можно описать: «"Закройте",-сказала она Францу с улыбкой, кивнув по направлению к двери, которую Фрида, с утра шалевшая от зубной боли, забыла за собой прикрыть* (Набоков). Только в живой разг. речи существует особый тип Н. п.: это предложения, опирающиеся на общие знания, общий опыт говорящих, на их фоновые знания, напр. к вернувшемуся с экзамена сыну мать обращается с вопросом: «Ну?» и сын отвечает: «Отлично, но еле-еле* (еле-еле вытянул экзамен на оценку «отлично»).

 

Неполногласие - лексико-фонетическое явление современного русского языка: наличие в корневых морфемах сочетаний ра, ла, ре, ле между согласными (напр.: враг, глава, жребий, плен) как результат фонетического изменения праслав. сочетаний гласных [о] и [е] с плавными [г] и [/] между согласными, т.е. сочетаний типа [tort], [tolt], [tert], [telt]. В силу действия в праслав. языке закона открытого слога эти сочетания не могли сохраняться, т. к. слогораздел в них проходил после [г] и [/] и слог оказывался закрытым. Изменение этих сочетаний у славян шло разными путями, в частности у южных славян они изменились в [trat], [tlat], [tret], [tlet], напр. праслав. *storna, *Ьегдъ, *zolto, "melko развились в ст.-слав. страна, брЪгъ, злато, млгкко. Через ст.-слав. памятники, а иногда и устным путём слова с неполногласными сочетаниями проникали в др.-рус. язык и закреплялись в нём, сосуществуя с вост.-слав, полногласными словами (см. Полногласие) , напр.: страна — сторона, бр\.гъ — берегъ, злато — золото, млЬко — молоко. Неполногласные и полногласные образования в рус. языке (слова-дублеты) имели разную судьбу в истории развития языка: в одних случаях победу одержал неполногласный вариант, в других - полногласный, в третьих сохранились оба слова, разойдясь по лексическому значению. Напр., вост.-слав. слова с полногласными образованиями были вытеснены старославянизмами в таких случаях, как время, бремя (ср. совр. беременная), сладкий (ср. солод), благо (ср. совр. название станции Бологое), брань (ср. оборона), враг (ср. ворожить), влага (ср. название города Вологда), смрад (ср. смородина), срам, храбрый. В других случаях сохранились только полногласные варианты: борона, горох, молодец, молоко, дорога, борода (ср. устар. брадобрей в значении 'парикмахер'), борозда (ср. выражение бразды правления) и др. Наконец, такие слова, как порох - прах, сторона - страна, хоронить — хранить, оболочка — облачко, здоровый - здравый, равно сохранившиеся в совр. языке, различаются значениями. Во многих случаях полногласный и неполногласный корни по-разному выступают в производных словах, напр.: береговой — прибрежный, привередливый — вредный, здороваться — здравствуйте, холодный — прохлада. В поэзии 18-19 вв. полногласные и неполногласные варианты использовались в разных стилистических целях. Неполногласные варианты слов в совр. языке являются по происхождению славянизмами.

 

Неопределённые   местоимения,    неопределённые   местоименные   с лова,-семантический разряд местоимений (см.), включающий слова, по своим грамматическим свойствам принадлежащие к разным частям речи (существительному — т. н. местоимению-существительному, прилагательному, наречию), но объединяемые общим семантическим признаком неопределённости. Большинство слов этого разряда являются производными:  кое-кто,   кое-что,   кто-либо,   кто-нибудь, что-то,  кое-какой, какой-либо, какой-нибудь, какой-то, который-либо, который-нибудь, который-то, некий, некоторый, чей-либо, чей-нибудь,   чей-то,  где-либо,   где-нибудь,   где-то,  зачем-то,    зачем-либо,    зачем-нибудь,    как-либо, как-нибудь,   как-то,   когда-либо,   когда-нибудь, -когда-то,  кое-где,  кое-как,  кое-когда,  кое-куда, кое-откуда, куда-либо, куда-нибудь, куда-то, некогда   'когда-то',   откуда-либо,   откуда-нибудь, откуда-то,   отчего-либо,   отчего-нибудь,   отчего-то,   почему-либо,   почему-нибудь,   почему-то, сколько-либо, сколько-нибудь, сколько-то. Кроме того, в функции Н. м. выступают в условиях контекста непроизводные местоименные слова: кто, что,  какой,  где,  когда, а также слова других частей речи: один, другой, иной, напр.: «Но тих был наш бивак открытый: Кто кивер чистил весь избитый,  Кто штык точил, ворча сердито, Кусая длинный ус* (Лермонтов); Вас спрашивает один человек. Для Н. м. в целом характерно сохранение местоименного значения в любых типах контекстов. Исключением является формирование оценочных значений у слов с частицами -то и -нибудь в условиях разг.речи, причём чаще — в отрицательных конструкциях с противопоставлением; ср.: Какой-то мальчишка будет меня учить (т. е. 'не заслуживающий уважения, внимания'); Всё делает как-нибудь (т.е. 'плохо, небрежно'); Работу делал не какой-нибудь там новичок, а опытный мастер; Распоряжение не чьё-нибудь, а самого директора. Нек-рые исследователи выделяют также значение частицы у слова что-то: Не верится в его искренность что-то (выражение неуверенности, сомнения).

 

Неопределённо-личное предложение - простое, односоставное, бесподлежащное предложение с глаголом-сказуемым, называющим такое действие, к-рое выполняет неназванный и неопределённый активный деятель - некие люди (человек): «Художника Петрова призвали в армию на второй год войны в большом среднеазиатском городе» (Паустовский).
Структура Н.-л. п. такова, что смысл «некие люди (человек)» отдельным словом выражен быть не может и выражается особыми глагольными формами, к-рые передают неопределённость лица только при отсутствующем подлежащем. Следовательно, отсутствие подлежащего значимо.
Различаются Н.-л. п. с глагольным и именным сказуемым, ср.: Его пригласили в гости; С ним были ласковы. Полнозначный глагол или глагол-связка в Н.-л. п. употребляются во всех временах изъявительного наклонения в формах, совпадающих в наст., буд. времени с формами 3-го лица мн.ч.: «Подсудимых тоже куда-то выводили и только что ввели назад* (Л. Н. Толстой); «Там под горой пасут овец, одна другой жирнее* (Крылов). Глагол-связка может употребляться в нулевой форме: На заводе заинтересованы в выпуске этой продукции. Н.-л. п. чаще всего употребляется в художественной лит-ре, в разг. речи {Целый день где-то у нас в доме стучат), но не чужды они и строгим функциональным стилям, в частности научному. В нём Н.-л. п. служат средством показать общепри-нятость, распространённость того или иного утверждения, ср.: Утверждают, что ...; Долгое время считали, что ... и т. п.

 

Неологизмы (от греч. neos — новый и l6gos -слово) — слова, значения слов или сочетания слов, появившиеся в определённый период в каком-либо языке или использованные один раз (окказионализмы, см.) в каком-либо тексте или акте речи. Принадлежность слов к Н. (напр., приватизация, чёрный ящик, луноход) является свойством относительным и историчным. Н. определяются также как слова, возникшие на памяти применяющего их поколения (Б. Н. Головин). Определения Н. по денотативному признаку (как обозначающих новые реалии) или стилистическому (сопровождающихся эффектом новизны) не охватывают всех Н., а определение Н. как слов, отсутствующих в словарях, не опирается на присущие Н. особенности.
В развитых языках количество Н., зафиксированных в газетах и журналах в течение одного года, составляет десятки тысяч. Это обусловлено социальной потребностью в именовании всего нового и в его осмыслении, внутриязыковыми факторами — тенденциями к экономии, унификации, системности языковых средств, варьированию номинаций с разной внутренней формой, этимологией, задачами экспрессивно-эмоциональной, стилистической выразительности. Неологизмы-слова образуются морфологическим (безотходный), синтаксико-морфологическим (узкобытовой), семантико-морфологическим (челно-читъ) способами. Новообразования не на базе имеющихся слов и морфем создаются с экспериментальной целью, напр. в научно-фантастической лит-ре. Неологизмы-значения появляются в результате внутрисловной семантической деривации на основе метафоры и других переносов наименования, внесловной деривации, когда семантический Н. образовался морфологически (трубач в значении 'трубоукладчик', ср. трубач в значении 'играющий на трубе'). Неологизмы-сочетания слов появляются на основе стереотипизации цитат, превращения речевого отрезка в составной термин, условную формулу, идиому (знак качества, тянуть резину), на основе переосмысления сочетаний слов, терминологизации и детерминологизации, преобразования структуры словосочетания (линия огня, открытым текстом, номер два).
В отличие от неологизмов-новообразований существуют «относительные Н.*, «Н. вхождения», представляющие собой либо «внутренние заимствования» — результат миграции языковых средств из одних сфер языка в другие или актуализации слов, известных в прошлом (зимник, вояж), либо заимствования (фломастер, дзюдо, лечо), кальки и переводы (выживатель, звёздные войны).
В нек-рых странах (Россия, США, Франция, Япония) существуют центры неологии, занимающиеся научным исследованием Н., вопросами культуры речи, стандартизации языка, организующие информационно-справочную службу. Создаются словари Н., представляющие материал для исследований по словообразованию, семасиологии, истории и теории языка, для упорядочения терминообразования, совершенствования ГОСТов и стандартов, для обеспечения исторической адекватности речевых характеристик в художественном тексте. Фиксация времени появления Н. помогает при изучении многих исторических процессов. Перед неологией стоят задачи выявления и   263 описания  Н., сравнения массивов  Н.  в разных языках, установления тенденций языкового развития, обсуждения возможностей его планирования и др.