Общество    любителей    российской словесности (ОЛРС) - литературно-научное общество при Московском университете, существовавшее с 1811 по 1930 (перерыв с 1837 по 1858). В состав общества входили гл. обр. филологи и литераторы. Среди его членов были, напр., лингвисты А. X. Востоков, К. С. Аксаков, Ф. И. Буслаев, Я. К. Грот, Ф. Е. Корш, В. И. Даль, А. А. Потебня, Ф. Ф. Фортунатов, И. И. Срезневский, А. А. Шахматов, Р. Ф. Брандт, А. Л. Дювернуа, М. М. Покровский, Д. Н. Овсянико-Куликовский, О. М Бодянский, И. В. Ягич, В. Н. Щепкин, литературоведы и критики Н. И. Надеждин, А. Н. Веселовский, Н. С. Тихонравов, М. Н. Сперанский, С. А. Венгеров, А. Н. Пыпин, А. М. Скабичевский, П. Н. Сакулин, М. К. Лемке, Ю. И. Ай-хенвальд, М. А. Цявловский, Н.Л.Бродский, Н. К. Пиксанов, А. Е. Грузинский, В. Ф. Перевер-зев, В. М. Фриче, фольклористы А. Н. Афанасьев, Е. Ф. Барсов, П. Н. Рыбников, И. М. Снегирёв,    П. В.   Киреевский,   А. Ф.    Гильфердинг,
П. В. Шейн, многие писатели от Г. Р. Державина и Н. М. Карамзина до И. А. Бунина и М. Горького. На заседаниях ОЛРС выступали Л. Н. Толстой, И. С. Тургенев, А. А. Фет, Ф. М. Достоевский, А. К. Толстой, В. Я. Брюсов, К. Д. Бальмонт, Вяч. Иванов, В. В. Вересаев, Л. М. Леонов,
A. В. Луначарский и др. В состав ОЛРС входили также историки (М. П. Погодин, С. М. Соловьёв,
B. О. Ключевский, М. Н. Покровский, Н. И. Костомаров, И. Е. Забелин, Р. Ю. Виппер и др.), философы (А. С. Хомяков, В. С. Соловьёв и др.), педагоги (Л. И. Поливанов, В. Ф. Саводник, В. Я. Стоюнин), юристы (В. Д. Спасович, А. Ф. Кони), деятели театра (К. С. Станиславский, В. И. Немирович-Данченко, М. П. Садовский), композитор А. Н. Верстовский, биолог К. А. Тимирязев, математик А. М. Перевощиков и др. В числе иностранных членов были сербский просветитель Вук Караджич, чеш. слависты П. Й. Ша-фарик, В. Ганка, франц. историк А. Рамбо, писатели П. Мериме, Р. Роллан.
Целью ОЛРС, по словам его первого председателя, ректора Моск. ун-та А. А. Прокоповича-Ан-тонского, было «способствовать успехам отечественной словесности», немыслимым без совершенствования языка.
В области изучения рус. языка ОЛРС ставило перед собой след. задачи: создание «систематической, основательной грамматики», углублённое изучение и разработка словарного состава, совершенствование слога отечественной словесности. В центре внимания ОЛРС были вопросы нормализации рус. языка, вопросы культуры речи, особенно упорядочения словоупотребления, пути развития рус. лит. языка.
ОЛРС способствовало изданию «Толкового словаря живого великорусского языка» В. И. Даля (1861-66), «Песен, собранных П. В. Киреевским» (1860-74, 1911-29), «Причитаний Северного края» Е. В. Барсова (1872—82), «Белорусских песен» П. А. Бессонова (1871), «Рассуждения о славянском языке...» А. X. Востокова (1820), положившего начало сравнительно-историческому языкознанию в России, «Опыта русской грамматики» К.С.Аксакова (I860). Были изданы «Кирил-ло-мефодиевский сборник в память о совершившемся тысячелетии славянской письменности и христианства в России» (1865), сборники «Памяти А. П. Чехова» (1906), «Тургенев и его время» (сб. 1-2, 1923-26), «Пушкин» (сб. 1-2, 1924-30) и др.
Юбилеи писателей и знаменательных событий отмечались как общественно-культурные явления. ОЛРС провело Пушкинский юбилей (1899), Гоголевские дни (1902, 1909), организовало юбилеи, посвященные М. В. Ломоносову (1865), Карамзину (1866), 300-летию рус. книгопечатания (1864). В 90-х гг. 19 в. устраивались литературно-музыкальные вечера в память И. А. Крылова, М. Ю. Лермонтова, А. И. Полежаева, Ф. И. Тютчева,   Фета,   А. Н.  Островского, С. Я. Надсона, Н. А. Некрасова, Т. Г. Шевченко (в 1911 издан его «Кобзарь»), тем самым была заложена традиция, занявшая в 20 в. важное место в культурной жизни рус. общества. В кон. 19 - нач. 20 вв. устраивались выставки в память А. С. Пушкина (1880, 1899), А. С. Грибоедова (1895), В. Г. Белинского (1898), Н.В. Гоголя и В. А. Жуковского (1902). Большой общественный и культурный резонанс получило, при активном участии ОЛРС, открытие памятника Пушкину в Москве (1880). Благодаря ОЛРС в Москве был открыт памятник Гоголю (1909). В сов. период ОЛРС отметило юбилейные даты крупных рус. писателей, Данте, Мольера, 250-летие рус. театра, столетие со дня восстания декабристов. Были проведены юбилеи М. Н. Ермоловой, В. Н- Фигнер, А. И. Южи-на-Сумбатова, Брюсова, Вересаева.
Издательская деятельность ОЛРС велась особенно интенсивно в 1812-28: вышли 27 томов «Трудов ОЛРС» (ч. 1-20, 1812-20; «Сочинения в прозе и стихах. Труды Общества...», ч. 1-7, 1822—28). ОЛРС печатало сочинения К. Н. Батюшкова, Пушкина, Лермонтова, Крылова, Жуковского, А. В. Кольцова, Полежаева, Тютчева, Гоголя, В. Ф. Одоевского, Чехова, Д. Н. Мамина-Сибиряка и др. Публиковались материалы и разработки диалектного, «производного» (этимо-лого-словообразовательного), синонимического словарей. Редакторами «Трудов» были профессор красноречия, стихотворства и языка российского поэт А. Ф. Мерзляков и профессор рус. словесности П. В. Победоносцев.
ОЛРС внесло значительный вклад в развитие рус. национальной культуры. Возрождено в 1992; почётный председатель — Д. С. Лихачёв.

Обстоятельство - второстепенный член предложения, отвечающий на вопросы о способе, месте, времени, цели, причине, условии и о других подобных характеристиках действия или состояния: как? каким образом? где? куда? откуда? почему? и др. О. служат для распространения членов предложения или предложения в целом и характеризуют действие, состояние или признак, а также условия осуществления чего-л. (место, время, цель, причину, способ и т.д.). Специализированной формой выражения О. является наречие. В функции О. выступают также существительные в формах косвенных падежей с предлогом и без предлога, деепричастия, инфинитив, а также фразеологические сочетания.
По значению выделяется несколько разрядов   277 обстоятельств. О.  образа действия (отвечающие на вопросы как? каким образом'?) обозначают качество, степень проявления признака, состояние, интенсивность, способ совершения действия. Они выражаются качественными наречиями, существительными в формах косвенных  падежей, деепричастиями, фразеологическими сочетаниями {Вдали громко стучал дятел; Песня звучит всё тише;   Ярким    пламенем  пылает закат; Она  говорила   улыбаясь;  Нельзя работать спустя рукава). О.  места (отвечающиена вопросы где? куда? откуда!) обозначают место совершения действия, направление и путь движения. Они выражаются наречиями места, существительными в формах косвенных падежей с предлогом и без предлога, фразеологическими сочетаниями {Вверху ярко светило солнце; Он выехал из   Москвы   в   Петербург; Они шли лесом; Она побежала куда  глаза  глядят). О.   времени (отвечающие на вопросы когда? как долго? с каких пор!) обозначают время осуществления действия. Они выражаются наречиями времени, существительными в формах косвенных падежей с предлогом и без предлога, фразеологическими  сочетаниями   (Ом   всегда будет  помнить этот день; Она встала рано  утром; После войны он начал учиться; Она вышла из дома   ни   свет   ни   заря).   О.    причины (отвечающие на вопросы почему? отчего!) обозначают причину, основание действия или возникновения признака.  Они выражаются наречиями причины, существительными в формах косвенных падежей с предлогом, фразеологическими сочетаниями {Сослепу он прошёл мимо ворот; От мороза погибли все яблони;  Из-за   тебя я опоздал).   О.    цели  (отвечающие на  вопросы зачем? с какой целью!) обозначают цель действия. Они выражаются наречиями цели» существительными в формах косвенных падежей, инфинитивом {Они приехали специально; Школьники пришли на завод на  экскурсию; Мы приехали в университет   на   собрание; Брат поехал в Москву учиться).   О.    меры   и   степени (отвечающие на вопросы сколько? как? в какой степени!) обозначают разнообразные количественные характеристики действия или признака. Во многих работах отмечались неграмматич-ность и внутренняя противоречивость принципов выделения второстепенных членов предложения, и в частности выраженных формами косвенных падежей О., дополнений (см.) и определений (см.). Стремление распределить всё многообразие синтаксических связей слов по трём рубрикам второстепенных членов предложения (определение, дополнение, О.) в сочетании с отсутствием строгих критериев для такого разграничения приводит к колебаниям в классификации, в результате чего либо допускается двоякое толкование одного и того же явления, либо признаётся наличие переходных случаев, что делает нестрогими сами основы классификации. Особенно часто это наблюдается при квалификации О. Ещё А. А. Шахматов различал О. «определяющие», «дополняющие», «сопутствующие». В конкретных предложениях обстоятельственные значения могут совмещаться со значениями определительными или дополнительными, и это даёт основания для выделения т. н. обстоятельственных определений и обстоятельственных дополнений.

Обращение - грамматически независимый и интонационно обособленный член предложения. Основная функция О.— Называние того, к кому направлена речь. Это может быть название лица, живого существа, неодушев аённого предмета или явления. Чаще всего О. выражается существительным, однако в роли О. могут выступать прилагательное, местоимение-существительное, реже причастие. О. может входить в предложение любой структуры и занимать место в начале, конце или середине предложения: «О Волга, колыбель моя! Любил ли кто тебя, как я?* (Некрасов); «Отчего это, няня, тут темно, а там светло?» - «Оттого, батюшка, что солнце идёт навстречу месяцу, не видит его, так и хмурится* (Гончаров); «Голубчик! Оно самое и есть! Родненький\* (Чехов).
О. может быть распространено зависящими от него словоформами: «Простите, верные дубравы! Прости, беспечный мир полей* (Пушкин).
В роли О. иногда выступает местоимение 2-го лица: «Ну, ты! Думай...* (Тургенев). Форма 2-го лица может опускаться: «Эй, завяжи на память узелок! Просил я помолчать* (Грибоедов).
О., выраженное одиночным местоимением, несёт экспрессию грубости или фамильярности: Эй, кто-нибудь\
В предложении О. выполняет две функции: призывную и оценочно-экспрессивную. Призывная функция, как правило, обозначает не просто призыв к адресату, но и отношение к нему со стороны говорящего. Такое О. часто имеет при себе и местоимение мой: «Держись, мой мальчик: на свете Два раза не умирать» (Симонов); «А, здорово, мой отец,— Молвил царь ему,- что скажешь?...* (Пушкин).
В разг. речи в роли О часто выступают усечённые формы типа Саш, Коль, мам, пап. Такое О. может быть акцентировано при помощи повтора с усилительной частицей а: Саш, а Саш, ты меня слышишь? Усилительная частица а возможна и при усечённых формах О.: «Ми-кит, а  Микита! Оглох» (Л. Н. Толстой).
В экспрессивно окрашенных конструкциях, выражающих субъективное отношение говорящего или пишущего, возможно несколько О. к одному лицу или предмету: « Подру га думы праздной, Чернильница моя, Мой век однообразный Тобой украсил я* (Пушкин); «Куда ты, светлый ручеёк, стремишься? Чего в долине ищешь той? Постой, поговори со мной» (Фет); «Прощай, размах крыла расправленный, Полёта вольное упорство* (Пастернак). В роли О. часто используются слова с оценочным значением или значением, качественно характеризующим: «Ну, поцелуй же меня, моя умница* (Тургенев); «Молчи,   пустая   голова! Слыхал я истину бывало! Хоть лоб широк, да мозгу мало\* (Пушкин).
В роли О. могут употребляться (окказионально) синтаксические обороты или словоформы, к-рые обозначают предмет или явление по к.-л. внешним признакам, но не называют их: ^Здравствуй, в белом сарааЪане Из серебряной парчи\* (Вяземский); ^Заблудился я в небе - что делать? Тот, кому оно близко, ответь\* (Мандельштам).В экспрессивно окрашенных конструкциях в качестве О. могут употребляться старые формы звательного падежа (см. Звательная форма): *Чего тебе надобно, старче!* (Пушкин); *0 Господи! Все женщины мечтают, Чтоб их любили так, как ты меня* (Снегова); *На меня наставлен сумрак ночи Тысячью биноклей на оси. Если только можно, Авва Отче, Чашу эту мимо пронеси* (Пастернак).
В функции О., обычно в разг. речи, может выступать вводимое относительным местоимением придаточное предложение: *Кто может,- на площадь, в город! - Кто может, поднимайся^ (Федин).
По своей эмоциональной окрашенности О. близко к императиву и междометию и нередко употребляется вместе с ним: *Снег летит - гляди и слушай\* (Рубцов); ^Стойте - тотчас угадаю Торе сердца твоего* (Пушкин); *Э, голубчик, да тут пахнет кражей и подлогом* (Салтыков-Щедрин); «"У, баловень",- тихо ворчит няня и утаскивает его на крыльцо* (Гончаров); *Ну, Бирюк, удивил ты меня* (Тургенев).
Особая разновидность О.- вокативные предложения. Единственным членом этих предложений является название лица по имени или по родству, произнесённое с эмоционально окрашенной интонацией (упрёк, страх, мольба, негодование и т. п.): *" М ам а",- зашептал я с раздражением* (Окуджава); *"Жорж!" - говорила Маруся, прижимаясь к нему и целуя его испитое красноносое лицо* (Чехов).

Обособленный оборот - интонационно выделенный второстепенный распространяющий член предложения (распространённый или нерас-нространённый), к-рый по смыслу относится не только к тому члену предложения, от к-рого он зависит грамматически, но ещё и к какому-нибудь другому его члену. Т.о., смысловые связи О. о. являются разнонаправленными; формальная связь может быть как однонаправленной, так и двунаправленной. Напр., в предложении Он шёл, размахивая руками главный член О. о. грамматически зависит от глагола-сказуемого, а содержательно - от глагола-сказуемого и от подлежащего, т. к. называет его дополнительный процессуальный признак; в предложении Собрание состоится послезавтра, в четверг О.о. в четверг грамматически зависит от глагола-сказуемого, а содержательно — как от глагола-сказуемого, так и от наречия послезавтра, поясняя его. На письме О. о. выделяются обычно запятыми, реже скобками или тире. В зависимости от морфологических свойств главного члена О. о. различаются деепричастный, причастный, субстантивный (с главным словом - существительным), адъективный (с главным словом — прилагательным), глагольный (с главным словом - спрягаемой формой глагола), инфинитивный и наречный О. о. По степени смысловой нагруженное™, функции в предложении различают полупредикативны ей поясняющие О. о. Полупредикативные О. о., как препозитивные, так и постпозитивные, содержат дополнительное сообщение, сопутствующее сообщению, содержащемуся в распространяемой части предложения, обладают относительной содержательной самостоятельностью, соотносительны с придаточными предложениями или с самостоятельными предложениями. Это деепричастный оборот (см.), причастный оборот (см.), субстантивный О.о. (в предложении *Мирные люди, они тяжело переносили опасности фронта*, Панова, О. о. соотносится с придаточным предложением: Так как они мирные люди, они тяжело переносили опасности фронта, в предложении Оба выходцы из крестьянской среды, они по природе обладали немалыми талантами О. о. соотносится с самостоятельным предложением: Оба были выходцами из крестьянской среды. По природе они обладали немалыми талантами), адъективный О. о. (в предложениях Рубаха его, похожая на трактирную салфетку, всегда была раскрыта на груди; Колеблется воздух, прозрачен и чист О.о. соотносятся с самостоятельными предложениями: Рубаха его была похожа на трактирную салфетку. Она всегда была раскрыта на груди; Колеблется воздух. Он прозрачен и чист).
Поясняющие О. о. (за исключением наречных) всегда постпозитивные, зависящие, как правило, от второстепенных членов предложения, имеют характеризующее, уточняющее, поясняющее значения: они уточняют, конкретизируют подчиняющий их член предложения, раскрывают его содержание, сообщают разного рода дополнительную информацию. Среди поясняющих О. о. различаются субстантивный О. о. (Около вагона, на прибитом метелью снегу, толпились солдаты), в т.ч. ограничительно-выделительный (Пришли все, кроме Ивана), адъективный О. о. (Эту лужу, на вид безобидную, нельзя брать с разгону), наречный О. о. (Среди разговора, неожиданно для себя, он задремал), инфинитивный О.о. (Многие пришли просто так — посидеть да побеседовать), глагольный О.о. (Надо писать о том, что горит, н е ждёт). Термин «О. о.» введён А. М. Пешков-ским в книге «Русский синтаксис в научном освещении» (1914).

Обобщающее слово при однородных членах предложения- слово, принадлежащее к той же семантической группе и занимающее в составе предложения ту же позицию, что и однородные члены предложения (см.), но обладающее более широким значением, к-рое относится к значению однородных членов предложения как род к виду или целое к части. Однородные члены уточняют и конкретизируют О. с, между О. с. и однородными членами можно вставить слова а именно, например, то есть. В функции О. с. нередко выступают местоимения все, всё, ничто и др.: *И бессвязные ласковые слова, улыбающийся рот Ленки, руки матери, гладившие его руку, любящие её глаза, счастливая, удовлетворённая улыбка отца из-под усов, весёлые братья -всё
вдруг показало ему, что его любят» (Коновалов); местоименные наречия: «О то всюду поднялись казаки: от Чигирина, от Переяслава, от Батурина, от Глухова, от низовой стороны днепровской и от всех его верховий и островов» (Гоголь); другие слова (разных частей речи) с более отвлечённым значением, чем однородные члены предложения, а также словосочетания.
Однородные члены согласуются с О. с. (или главенствующим словом словосочетания в этой позиции) в падеже, (или) роде, (или) числе: *Ме-стонахождение усадьбы было хорошо: приветливо, уединённо и привольно* (Тургенев); * Много также было других чинов полковых: обозных, войсковых товарищей, полковых писарей и с ними пеших и конных отрядов* (Гоголь). Для усиления обобщения при большом числе однородных членов О. с. может ставиться как перед однородными членами, так и после них: *Меж ими всё рождало споры И к размышлению влекло: Племён минувших договоры, Плоды наук, добро и зло, И предрассудки вековые, И гроба тайны роковые, Судьба и жизнь в свою чреду,- Всё подвергалось их суду» (Пушкин).
После О. с, стоящего перед однородными членами, ставится двоеточие. Если однородные члены не заканчивают собой предложения, то после них ставится тире. Если однородные члены стоят в начале предложения, то тире ставится перед О. с. Если в предложении имеются два О. с, то перед вторым ставится запятая и тире.

О, О — шестнадцатая буква русского алфавита. Название буквы - «о» употребляется как существительное ср. рода: прописное о. По начертанию буква о восходит к букве кириллицы (см.) «он», к-рая ведёт происхождение от греч. буквы «о микрон» и финикийского знака для согласного «айн». В кириллице имела числовое значение «семьдесят». В греч. алфавите фонема (о) могла обозначаться также буквой «омега» (со), к-рая использовалась и в кириллице в словах греч. происхождения; числовое значение «омеги» в кириллице «восемьсот». Очень рано обе эти буквы для обозначения фонемы (о) начинают смешиваться. После реформы Петра I (см. Реформы азбуки и правописания) буква «омега» была исключена из гражданской азбуки; различия в обозначении фонемы (о) были устранены. Название «он» утратилось.
Графические значения буквы о: 1) в начале слова, после гласных букв и после согласных шипящих, ц, й обозначает фонему (о): он, наотмашь, изжога, чопорный, шов, трещотка, лицо, йод; 2) после остальных согласных букв обозначает фонему (о) и твёрдость предшествующей согласной фонемы: бок, дом, сор.