Причастие (калька лат. participium) - неспрягаемая глагольная форма, обладающая категориальными свойствами глагола и прилагательного и обозначающая процессуальный признак лица или предмета (играющий ребёнок, прочитанная книга, возрождаемые надежды, распустившиеся цветы). Ввиду совмещения в П. свойств глагола (см.) и прилагательного (см.), нек-рые лингвисты рассматривают П. как глаголь-но-имениую форму и включают в морфологический разряд имён прилагательных.
Принадлежность П. к глаголу проявляется в наличии категорий залога, вида и времени. В зависимости от представления процессуального признака как активного или как пассивного все П. делятся на действительные и страдательные. П. действительного залога, представляющие процессуальный признак как активный, обозначают, что .«?от признак возник в результате действия самого носителя признака (читающий ученик, рас цветший сад). П. страдательного залога, представляющие процессуальный признак как пассивный, обозначают, что этот признак возник в результате действия другого деятеля над носителем признака (брошенный камень, гонимые вет ром волны). В П. сохраняется видовое значение того глагола, формой к-рого оно является (не сти — нёсший, носить — носящий, молчать - молчащий, свергнуть свергнувший, взять — взятый). Ч П., образованных от возвратных глаголов, сохраняется постфикс -ся (встречаться встречающийся, смеяться - смеющийся, сложиться — сложившийся). П. имеют две формы времени, грамматически ныражаемые посредством специальных суффиксов: наст, нремя - суффиксы -ущ-(-ющ-), -ащ-(-ящ-), -ом-(-ем-), -им- (везущий, стоящий, исследуемый, гонимый); прош. время -суффиксы -вш-, -ш-, -нн-/-енн-, -т- (писавший, нёсший, разодранный, купленный, надутый). В предложении П. могут употребляться как с абсолютным временным значением («Чуть шелестят листья берёз, едва колеблемые ветром*. Лермонтов), так и с относительным («Роняет лес багряный свой узор. Сребрит мороз увянувшее поле*, Пушкин) (см. Время). В П. сохраняются синтаксические связи глагола (любить сына - любящий сына; смотреть вопросительно - смотрящий вопросительно).
С прилагательным II. сближает наличие именных категорий рода (в ед. ч ), падежа (в полных формах), а также числа, зависящих от рода, падежа и числа определяемого существительного (ей журисующего чальчика, плачущая женщина, погасшее светило, вымытые окна).
П. имеют полные и краткие формы. Полные П. склоняются по адъективному склонению, парадигма П. по составу окончаний тождественна парадигме прилагательных муж. рода на -ый, -ий, жен. рода на -ая, -яя, ср. рода на -ое, -ее в им. п. ед. ч. и
на -ые, -ие в им. п. мн. ч. Краткие формы образуют только страдательные П. прош. и наст, времени (законченный — закончен, нарисованный - нари сован, читаемый - читаем, терпимый — терпим). Краткие П. не склоняются, но изменяются по родам и числам и имеют одинаковые с краткими прилагательными родо-числовые окончания: в ед. ч. муж. рода выступает нулевое окончание (покрыт), жен. рода —а (покрыта), ср. рода —о (покрыто); во мн ч,- окончание -ы (покрыты) От кратких П. прош. времени ср. рода следует отличать совпадающие с ними по форме причастные предикативы на -но и -то, употребляющиеся в позиции главного члена (или одного из главных членов) предложения: и доме убрано, закрыто на учет, курить запрещено.
Глаголу как части речи принадлежат четыре полные формы II. (две формы действительных П. наст и прош. времени и две формы страдательных П. наст, и прош. времени) и две краткие формы П. (страдательные П. наст, и прош. времени). Но не все эти формы могут быть образованы от одного глагола. Возможность образования тех ичи иных причастных форм обусловлена, во-первых, видом глагола, во-вторых, его переходностью, в-третьих, его лексическим значением, в-четвёртых, формальным классом (для страдательных причастий; см.). П. действительного з а л о г а образуются от переходных и непереходных глаголов. От глаголов несов. вида могут быть образованы П. наст, и прош. времени, от глаголов сов. вида -только П. прош. времени. П. страдательного залога образуются только от переходных глаголов: от глаголов несов. вида могут быть образованы П. наст, и прош. времени, от глаголов сов. вида — только П. прош. времени. П. наст, времени образуются от основы наст, времени: формы действительного залога образуются присоединением суффикса -ущ-(-ющ-) для глаголов 1-го спряжения (несущий, поющий) и -ащ-(-ящ-) для глаголов 2-го спряжения (лежащий, строящий); формы страдательного залога образуются при помощи суффикса -ом-(-см-) для глаголов 1 го спряжения (ведомый, изучаемый) и суффикса -им- для глаголов 2-го спряжения (слышимый, гонимый) П. прош времени образуются от основы прош. времени глагола (края у большинства глаголов совпадает с основой инфинитива). Формы действительного залога прош. времени образуются присоединением суффикса -вш- к основам на гласный (игравший, пустивший) или суффикса -ш- к основам на согласный (нёсший, росший). Нек-рые глаголы обладают особенностями при образовании этих П. Так, глаголы на -сти, имеющие в основе наст, времени д, т, сохраняют их и в основе П. (забредший, приобретший); глаголы красть, класть, сесть, пасть образуют П. по общему правилу от основы на гласный - кравший, клавший, севший, павший (падший — прилагательное). Формы П. страдательного залога прош. времени образуются с помощью суффиксов -НН-/-СНН-, -т-. Суффикс -нн- присоединяется к основам прош. времени, оканчивающимся на -а (глаголы на -ать, -ять), а также к основе глагола видеть: разыгранный, потерянный, званный, увиденный. Суффикс -снн-присоединяется к основам на согласный, где при этом происходит чередование г-ж, к-ч {увлеченный, испечённый, сбережённый), а также с индивидуальным чередованием 6-бл в глаголе ушибить — ушибленный. Суффикс -енн- используется также и при образовании страдательных П. прош. времени от основы наст, времени глаголов на -ить и -гть, где при этом происходят чередования б'-бл', в'-вл', м'-мл', ф'-фл', п'-пл', д'-ж, зд'-жд', с'-ш, з'-ж, ст'-щ, т'-ч {отловленный, нагруженный, выращенный, ношенный, обиженный, пригвожденный, загромождённый), а также восходящие к ст.-слав языку чередования д'—жд', т'-щ {обращенный, посвященный, освобожденный). Нек-рые глаголы на -ить образуют страдательные П. прош. времени без чередований {заклеймить — заклеймённый, обезлесить — обезлесенный, пронзить — пронзенный, вонзить -вонзённый, обезопасить — обезопасенный, пропы лесосить — пропылесосенный). Особым образом образуют страдательные П. прош. времени глаголы замутить, умертвить, за-{из-, вы-, у-)чыс-лить - замутненный, умерщвленный, замышленный. Суффикс -т- используется при образовании страдательных П. прош. времени от глаголов с основами на гласный при односложном корне {жать, мять, /ретъ, -деть, бить, мыть, дуть), а также на -оть и на -путь: сжатый, мятый, нагретый, одетый, избитый, колотый, поротый, кинутый, завернутый.
Нек-рые глаголы, как правило, имеющие вариантные спрягаемые формы, могут образовывать и вариантные формы П. В одних случаях эти вариантные формы стилистически однородны, в других - обладают стилистическими или семантическими различиями. Так, напр., вариантные формы П. образуют глаголы махать - машущий и махающий, двигать - движимый и двигаемый, движу-1цая сила, но человек, двигающий стол, воскреснуть - воскресший и воскреснувший, отторгнуть - отторгнутый и отторженный.
Страдательные П. образуются менее регулярно, чем П. действительного залога. Невозможность образования или неупотребительность страдательных П. у многих переходных глаголов компенсируется регулярным образованием действительных П. от соответствующих глаголов страдательного залога. Такие П., будучи по форме действительными, структурой основы выражают страдательность: напр., у глагола строить страдательное П. прош. времени менее употребительно, чем П. строящийся и строившийся (дом), ср. также варить - варящийся {борщ).
Синтаксические функции полных и кратких П. различны. Полные П., как правило, выступают в
роли определения {машины, идущие впереди; 383 выпавший снег), значительно реже - как именное сказуемое {Цветы стояли у в яд ш и е) Краткие П обычно выступают в роли сказуемого {«Нами ты была любима И для милого хранима», Пушкин). Очень редко краткие П. употребляются в обособленных оборотах, но и в этом случае их синтаксическая функция близка функции второго сказуемого {«Русалка плыла по реке голубой. Озаряема полной луной», Лермонтов).
В процессе исторического развития П. претерпели ряд изменений. Краткие П. утратили способность склоняться и перестали упо гребляться в функции определения. Из кратких П. действительного залога наст, и прош. времени развились деепричастия (см.). Целиком перешти н разряд прилагательных П. действительного залога наст, времени с суффиксами -уч-(-юч-), -ач-(-яч-) {жгучий, колючий, горячий, висячий), вместо них стали употребляться П. действительного залога наст, времени с церк.-слав. по происхождению суффиксами -ущ-(-ющ-), -ащ-(-ящ-) {жгущий, колющий, горящий, висящий) В. И. Белоусов.
Семантика причастных форм (в отличие от личных форм глагола) имеет особенности Выделяются три типа лексических значений причастных форм: глагольные, стативные и адъективные. Глагольные значения - лексические значения глагола, свойственные всем его грамматическим формам, в т ч. и П., напр.: Дети, бегающие вокруг фонтана, громко смеялись (ср. Дети бегали вокруг фонтана и громко смеялись). Однако для рус. глагола характерно отсутствие или неупотребительность причастных форм (особенно страдательных П. прош. времени) у нек-рых типов вторичных, переносных значений. Ср.: Наша школа получила прекрасного педагога по физике и неупотребительное 'Прекрасный педагог по физи ке, полученный нашей школой...
Стативные значения — это лексические значения страдательных причастий прош. времени, выражающие непроцессуальный признак, значение состояния, результата действия и реализующиеся только в причастных оборотах, а не у одиночных П. Стативные значения имеют полные и краткие формы, находящиеся в регулярной корреляции, ср.: Завод часов, рассчитанный на сутки, почему-то кончился раньше - Завод часов рассчитан на сутки; Вереск, распространённый в северных широтах, цветёт довольно долго — Вереск распространён в северных широтах. ВВ. Виноградов относил значения этого типа к «категории состояния» (см. Предикативы). Адъективные значения - это лексические значения П., к-рые возникают в процессе адъективации (см.) и обозначают свойства или состояния лица или предмета, связанные прежде всего с процессом действия или его результатом {обесцвечивающие средства, обещающий взгляд, подавляющая тишина, сбитая подкова, тренированный футбочист. сломанные часы). П. в адъективных значениях сочетаются с тем же кругом существительных, к-рыми глагол управляет в личных формах {взволнованный чело век - взволновать человека). Многие адъективные значения существуют только в полных формах {выдержанный табак, забытые лица, з а -интересованные лица, подчинённая роль). Часто адъективные значения семантически соотносительны с возвратными глаголами {сломанные часы - часы сломались). Адъективные значения могут быть источником омонимии - довольно регулярного образования прилагательных, сочетающихся с кругом существительных, к-рыми глагол не управляет: взволнованный вид, лицо, голос, речь; растерянный вид, лицо, глаза Образование адъективных значений причастий -продуктивный процесс в совр. рус. языке.
Краткие формы адъективных значений, как и краткие формы стативных значений, пишутся с -н-{дсвушка взволнована), а прилагательных-омоии-мов - с -нн- {лица людей взволнованны).
В совр. рус. языке широко распространена и субстантивация (см.) П. Большинство П. может быть употреблено в значении существительного {Управляющий отдал распоряжение; Происшедшее многому меня научило; Награждаемые вышли вперёд).
Рубрика ‘ П ’
Притяжательные прилагательные -разряд прилагательных (см.), выражающих принадлежность чего-либо лицу или животному (отцовы сапоги, волчья нора). П. п. образуются с 381 помощью суффиксов -ов(-ев), -ин, -ий. Они не имеют признаков качественных прилагательных (см.) и обычно считаются разновидностью относительных прилагательных (см.). Основная особенность П. п.- особый тип склонения: совпадение окончаний им. п. всех родов и чисел с окончаниями существительных (а также и кратких форм прилагательных): отцов дом, волчий след (с Нулевыми окончаниями), собачья конура, бабушкино кольцо, Васины часы; у П. п. с суффиксом -оп(-ев) совпадают с существительными и окончания род. и даг. надежей: отцова дома, отцову дому. В остальных падежах используются окончания полных прилагательных: а старой собачьей конуре.
По лексико-семантическим свойствам П. н. подразделяются на две группы. К одной из них относятся П. п. с суффиксами -ов(-ев) и -ин, выражающие принадлежность конкретному единичному лицу,а иногда и животному: кошкин дом. Как и притяжательные местоимения, они могут обозначать неотчуждаемую принадлежность, распространяющуюся на части тела, родственные отношения, мысли, чувства, периоды жизни и др.: отцоны слова, Митина любовь, Иваново детство. Эти П. п. образуются преим. от терминов родства и уменьшительных личных имей. Они сохраняются в образованных от собственных имён географических названиях (Берингово морс) и устойчивых сочетаниях (анютины главки, ахиллесова пята), а также лежат в основе рус. фамилий типа Иванов, Лебедев, Блохин. Вторую группу составляют П. п. с суффиксом -ий/j- тина вдовий, вдовья (фонологически adde'ja), образующиеся от нарицательных одушевлённых существительных и выражающие принадлежность н е к о н к -ретизированному лицу или (чаще) животному: помещичья усадьба, пастуший рожок, волчьи следы, медвежья берлога. Эти П. п. могут выражать и типичные для относительных прилагательных значения «изготовленный из» (соболий воротник), «предназначенный для» (охотничье ружьё), .«состоящий to» (птичья стая); у них могут развиваться и качественные значения (волчий аппетит, собачий холод).
Примыкание - подчинительная связь, при к-рой главное слово не вызывает у зависимого определённых грамматических форм, поскольку зависимое слово является неизменяемым: быстро писать, очень яркий. Главным словом при П. является то, к-рое может принимать разные формы, ср.: писать быстро - пишу (пишешь и т.д.) быстро. Если главное слово, как и зависимое, является неизменяемым, то главным считается то, к-рое в предложении может употребляться без зависимого, а зависимым — соответственно то, к-рое в предложении вне сочетания с главным не может быть употреблено, напр.: Я шел очень быстро, где быстро - главное слово, очень - зависимое, потому что можно сказать Я шёл быстро, но нельзя сказать Я шёл очень.
При П связь слов определяется порядком слов и интонационно (ср.:
Оя научился быстро решать задачи;
Он быстро научился решать задачи;
Он долго учился быстро решать задачи) или тем, что в предложении есть только одно слово, к к-рому может относиться зависимое при-мыкаемое (Быстро ты это стихотворение в ы -учил).
Зависимым словом при П. может быть наречие
( быстро решать ), прилагательное или наречие в форме сравнительной степени
(мчаться быстрее поезда, быть умнее кого-нибудь),
деепричастие (говорить не переставая),
инфинитив ( хотел учиться),
неизменяемое прилагательное ( пальто реглан ,
цвет бет ).
Согласно иной точке зрения, зависимым примыкающим словом может быть и существительное в косвенном падеже, если оно выражает разного рода обстоятельства (т. н. именное примыкание): гулять в лесу, работать до девяти часов вечера, сидеть дома из-за дождя. Такие предложно-па-дежные формы могут зависеть от слов разных лексико-грамматических классов: гулять в лесу, рисовать в лесу, встреча с другом в лесу. Формы существительных никак не предопределяются, не управляются главным словом (см. Управление).
Главным словом при П. может быть: глагол -горько плакать; существительное - борщ по-флотски, шапка набекрень, возможность сделать, манера говорить; прилагательное - очень добрый, способный выучить (язык); наречие -довольно трудно, совсем рядом.
П., как и управление, бывает сильным и слабым. При сильном П. главное слово обладает такими лексико-грамматическими свойствами, что зависимое примыкающее слово при нём является необходимым, обязательным, напр.: кончить работать, учиться говорить, броситься спасать, повернуть направо. При слабом П. главное слово в предложении может быть употреблено и без зависимого, ср.: Я быстро шёл в институт - Я шёл в институт.
В нек-рых случаях сильнопримыкающее слово может быть заменено сильноуправляемым. ср.: начать играть, начать игру.
Одно и то же главное слово может одновременно задавать своим лексическим значением и сильно-управляемое, и сильнопримыкаемое слова, ср.: велеть сыну прийти, заставить ученика выучить правило.
Лит.: Рус. грамматика, М , 1980. Е. Н. Ширяев.
Приставка, префикс (от лат. praefixus -прикреплённый впереди),- аффикс (см.), находящийся в составе простой основы (см.) перед корнем. В словах рус. языка выделяются последовательности от одной П. до трёх (напр., в слове вз-дрогнуть - одна П., в слове при-со-единить -две, в слове по-при-от-крывать — три).
П. в рус. языке - словообразовательный аффикс, она используется в способах словообразования: префиксальном (напр., огромный - преогромный), префиксально-суффиксальном (Москва -подмосковный, новый - по-новому), префиксально-постфиксальном (кричать - раскричаться), пре-фиксально-суффиксалыю-постфиксальном (шептать - перешёптываться). Основная особенность П. как самостоятельного словообразовательного средства (при чистой префиксации) состоит в том, что П. (в отличие от суффикса) присоединяется к целому слову, а не к основе. Поэтому производное (мотивированное) слово, образованное с помощью П., относится к той же части речи, к тому же типу склонения или спряжения, что и производящее (мотивирующее); напр., группа - подгруппа и класс - подкласс с одной и той же П под-.
При чистой префиксации IT. обычно лишь видоизменяет, модифицирует значение того слова, к к-рому она присоединяется. Напр., в существительные и прилагательные одни П. вносят значение отрицания или противоположности (правда -неправда, порядок - беспорядок, художественный - антихудожественный), другие образуют слова с оттенком усиления, высокой степени проявления признака {красавица — раскрасавица, прибыль — сверхприбыль, добрый - предобрый, реакционный - архиреакционный).
Гчлгольные II. обозначают различные оттенки, уточняющие характер протекания процесса, названного производящим глаголом: мять — измять, помять, подмять, примять, намять, омять, размять и т. п. Присоединение П. к производящему бесприставочному глаголу несов. вида, как правило, приводит к образованию глагола сов вида. Функция нек-рых глагольных П сводится к образованию глагола сов. вида, составляющего с производящим глаголом несов. вида видовую пару (т. п. чистовидовые П.): делать — сде-чатъ, писать - написать и т. п. (см. Перфективация, Вид).
Префиксальный способ словообразования наиболее широко используется в рус языке в глаголах; в именах существительных, прилагательных, наречиях он развит слабее. Почти все глагольные II. многозначны. Возможности приставочного глагольного словообразования очень велики: почти от каждого глагола можно образовать несколько глаголов с разными П.
Большинство исконно рус. 11. совпадает по форме и отчасти по значению со служебными словами, прежде всего предлогами (напр., предлоги без, до, при, от и П без-, до-, при-, от-) и частицами (не и П. не-); префиксально-суффиксальные образования с такими П. соотносительны по значению с сочетаниями служебного слова и существительного (ср.: бездорожье и без дороги, отглагольный и от глагола). Среди П. рус. языка имеется нек-рое количество заимствованных: анти-. архи-, контр-, де-, ре- и др.
Прилагательное, имя прилагатель-п о е,- часть речи, обозначающая непроцессуальный признак (качество, свойство) и выражающая это значение в грамматических категориях рода, числа и падежа. Все эти категории у П. обнаруживаются как в его собственном словоизменении, так и в способности П. к согласованию с определяемым именем существительным.
Разграничение имён на существительные и II., по-видимому, не было известно античным грамматикам. Впервые это разграничение было осуществлено в сер. 12 в. Петром Гелийским, преподавателем Парижского ун-та, в то время научного и богословского центра ср.-век. Европы. В традиции рус. грамматик имя П. стало выделяться как самостоятельная часть речи начиная с 19 в. Вплоть до «Российской грамматики» М. В. Ломоносова (1755) II. вместе с существительным считалось одной частью речи - именем. Исходя из того, что «воображение вещей приводит в ум наш купно их качества», Ломоносов имена разделял на существительные - «имена, значащие вещь самую», и на П. - «имена, значащие качество» («Российская грамматика», § 50).
В совр. рус. языке П.- самый многочисленный класс слов после имён существительных. По значению П делятся на качественные (см. Качественные прилагательные), обозначающие признаки предмета, способные проявляться с разной степенью интенсивности (белый, молодой, прочный, яркий), и относительные (см. Относительные прилагательные), обозначающие признаки предмета обычно через его отношение к другому предмету (дверной, стеклянный, весенний), процессу (плавательный, надувной, лечебный) или признаку (прежний, вчерашний). Относительные П., указывающие, кому принадлежит предмет, к-рый они определяют, называются притяжательными (отцов, дядин, братнин, волчий). Относительные П. могут приобретать качественное значение: золотой характер, железная дисциплина, душевное отношение, сердечный друг, медвежья услуга. Качественные П характеризуются рядом грамматических признаков. Они имеют краткие формы, образуют формы сравнительной степени; от качественных П. свободно образуются соотносительные по значению наречия на -о, -е типа весело, горячо, излишне; качественные П. сочетаются с наречиями степени (очень красивый, необыкновенно умный). Только качественные П. могут иметь непроизводную основу.
П. изменяются по родам (только в ед.ч.), числам и падежам. Род, число и падеж П.- категории синтаксические: они зависят от рода, числа и падежа существительного, к-рое П. определяет: новый дом, новая дача, новые здания, много новых построек. П. обладают также категорией одушевлённости - неодушевлённости; ср. напр., Я увидел знакомого студента, старых друзей, но Я видел старый дом, знакомые с детства места. Формы рода, числа и падежа П. в тех случаях, когда П. определяют несклоняемые существительные, осуществляют функцию указания на род, число, падеж и одушевлённость - неодушевлённость этих существительных, напр.: военный атташе, знатная леди, компетентное жюри; Я встретил знакомого конферансье.
В склонении П. выделяются два типа, различия между ними выражены в формах ед. ч., а также в формах им. п. мн. ч. К первому типу принадлежат все II. с флексиями -ий(-ый), -ой; -ая(-яя); ?ое(-ее) в формах ед. ч. (умный, средний, плохой; умная, средняя, плохая; умное, среднее, плохое) и с флексией -ие(-ые) в формах мн. ч. Ко второму
типу принадлежат притяжательные П с нулевой 377 флексией в им. п. ед. ч. муж. рода и с основой, оканчивающейся на -j (рыбий, лисий, медвежий, заячий) или на -ов(-ев), -ин(-ын) (отцов, царив, зятев; сестрин, сестрицын). П. на -ин (тёткин, матушкин) в род. и дат. п. ед. ч.- муж. и ср. рода могут иметь вариантные формы на -а и -ого (род. п.) и на -у и -ому (дат. п.); однако формы род. п. на -а и дат. п. на -у являются устаревшими и последовательно сохраняются у П., входящих в состав географических названий (Маточкин Шар - Маточкина,-у Шара,-у\ Ласточкино гнездо - Ласточкина,-у гнезда,-у), названий растений (венерин башмачок - венерина,-у 6ашмачка,-у), устойчивых сочетаний (тришкин кафтан -тришкина,-у кафтана,-у; Юрьев день - Юрье-ва,-у дня,-ю; Духов день -Духова,-у г)ня,-ю).
П. имеют полные и краткие формы. Полные (атрибутивные) формы склоняются и в им. п. ед. ч. имеют флексии -ий(-ый), -ой; -ая(-яя); -ое(-ее) и во мн.ч. -ие(-ые). Краткие (предикативные) формы не склоняются и имеют родо-числовые флексии: в муж. роде - нуль, в жен. роде -я(-я), в среднем - -о(-е), во мн. ч. -и(-ы). Краткие формы образуют только качественные П. (ноаый - нов, нова, ново, новы; жгучий - жгуч, жгуча, жгуче, жгучи). Только краткую форму имеют II. рад, горазд, люб, должен; добренек, молоденек; радёхонек, одинешенек и нек-рые др.
Качественные П. образуют степени сравнения: сравнительную и превосходную. Формы сравнительной степени образуются при помощи суффиксов -ее(-ей): умнее - умней, добрее - добрей; -е (перед суффиксом чередуются к - ч,г - ж, х —ш, лк - л'ч и не всегда т - ч, д — ж, с - ш, з — ж, cm - щ): мягче, дороже, тише, мельче, круче, твёрже и т. п.; -ше в словах старше, раньше, дальше (от далёкий). П. малый и маленький, хороший и плохой образуют формы сравнительной степени от супплетивных основ: меньше, лучше, хуже. Простые формы превосходной степени образуются при помощи суффиксов -ейш(ий) и (после основ на согласные г, к, х) -айш(ий): вернейший, строжайший, высочайший, тишайший. Значения сравнительной и превосходной степени могут выражаться также сложными (аналитическими) формами, напр. красивый - более красивый и самый красивый. П. претерпели в своём историческом развитии ряд изменений. Утрачено существовавшее в др.-рус. языке деление П. на два типа - именные (добрь, добра, добро; синь, синя, сине) и местоименные, представляющие собой первоначально объединение именного П. с указательными местоимениями соответственно муж. (и), жен. (я) и ср. (е) рода: добръи (затем добрый), добрая, доброе; синий, синяя, синее. Из старых местоименных форм развились совр. полные прилагательные. Именные П., совпавшие с краткими формами, перестали склоняться. В совр. языке падежные формы кратких П. встречаются только во фразеологических сочетаниях и в фольклоре: средь бела дня, по белу свету, на босу ногу, подобру-поздорову, от мала до велика; добру молодцу, на добра коня, красну девицу. Значительные изменения произошли в образовании и употреблении форм сравнительной степени. В др.-рус. языке П. сравнительной степени употреблялись в краткой (доб-pku, болии, хужии) н полной формах и обе эти формы изменялись по родам, числам и падежам. Полная форма, подобно местоименным П., образовалась путём объединения краткой формы сравнительной степени с указательными местоимениями и, л и е: добрей (затем по аналогии с формами косвенных падежей, имевших в конце основы ш: добрейший), добрЬмшия, добрейшее (вместо более раннего добрее). Краткие формы, перестав употребляться в роли определения, утратили склонение. Несклоняемая форма ср. рода на -ее, -е и -ше в совр. языке стала формой сравнительной степени. Полная форма на -ейший, -айший получила новое значение - превосходной степени. Несколько П. сохранили архаическую форму сравнительной степени: большой - бдльший, малый -меньший, горький - гбрший и до сер. 19 в.- старший и младший. Иногда в значении сравнительной степени употребляются формы худший (от плохой) и лучший (от хороший).
Пресуппозиция, презумпция,- термин лингвистической семантики, обозначающий компонент смысла предложения, к-рый должен быть истинным для того, чтобы предложение не воспринималось как семантически аномальное или неуместное в данном контексте. Предложение (1) Филипп знает, что Нью-Йорк — столица США семантически аномально, поскольку в его смысл входит в качестве П. ложное суждение Нью-Йорк - столица США. Компоненты смысла, не являющиеся П., могут быть ассертивными (ас-серциями), импликативными, аппозитивными или иметь к.-л. иной коммуникативный статус.
Понятие «П.» возникло в философской логике (Г. Фреге, П. Стросон), где обозначает семантический компонент предложения (суждения), к-рый должен быть истинным, чтобы предложение S имело в данной ситуации истинностное значение, т. е. было либо истинным, либо ложным. Предложение (2) Филипп знает, что столица США -Вашингтон будет истинным или ложным в зависимости от географических познаний Филиппа, а предложение (1), с ложной П., не может быть ни истинным, ни ложным, поскольку оно бессмысленно.
П. входят в значение нек-рых семантических классов слов и синтаксических конструкций. Так, фиктивные глаголы (знать, сожалеть и т. п.) характеризуются П. истинности суждения, выражаемого подчинённой предикацией. Глаголы удалось, сумел имеют П. попытки: фраза Ему удалось найти новые материалы включает смысл 'Он прилагал усилия'. Понятие «П.» используется при описании семантики частиц (только, даже, тоже, разве), наречий, союзов и грамматических категорий (число, вид, время, наклонение; так, во фразе Не падай! повелительное наклонение несов. вида несёт П. контролируемости действия, ср. Не упади!).
Различаются категориальные П., т.е. ограничения на семантическую сочетаемость,- П. того, что актант (участник ситуации; см.) входит в область применимости предиката [во фразе *Про то никто не знал, а знала лишь одна Высоких тополей тенистая аллея» (Апухтин) нарушена П. одушевлённости субъекта глагола знать и глагол понимается в переносном смысле]; экзистенциальные П., т.е. П. существования и единственности; они входят в значение конкретно-референтных именных групп (в примере Фреге *Тот, кто открыл эллиптическую форму планетных ложения свою дальнейшую дифференциацию. Присловные П. п. подразделяются на: присубстан-тивно-определительные (опорное слово - имя существительное: Портфель, в котором лежали документы, исчез), местоименно-соотносительные (Иду туда, откуда доносятся голоса; Возьми то, что лежит на столе), прикомпаративные (опорное слово - сравнительная степень, или компара-тив: Путь оказался труднее, чем мы предполагали), изъяснительные (П. п. информативно восполняет, «изъясняет» опорное слово, чаще всего глагол или отглагольное образование, а также оценочные наречия, существительные, прилагательные: Я надеюсь, что всё обойдётся; Мне послышалось, будто кто-то постучал; Меня не покидала мысль, что я осе это уже когда-то видел; Удивительно, что он никому не сообщил о своём приезде; Я очень рада, что вы пришли) и разные виды обстоятельственно характеризующих предложений с опорными словами - глаголом, прилагательным, существительным (Вода так прозрачна, что видно дно; Она так устала, что сразу уснула). Прифразные П. п. дифференцируются в соответствии с союзами, организующими сложное предложение. Т. о., среди прифразпых П. п. выделяются: временные (союз когда и т. п.: Когда начались дожди, мы переехали о город), причинные (союз потому что и т. п.: Журнал не покупают, потому что он слишком дорого стоит), условные (союз если и т. п.: Если я вернусь рано, то позвоню тебе), целевые (союз чтобы и т. п.: Чтобы получить хороший урожай, почву надо удобрять), уступительные (союз хотя и т. п.: Хотя уже стемнело, люди не расходились), сравнительные (союз как и т. п.: Я с нетерпением ждал встречи с морем, как дети ждут праздника), следственные (союз так что и т. п.: Вылет рейса задерживается, так что нам придётся сидеть в алропорту).
Предложение - одна из основных грамматических категорий синтаксиса, противопоставленная в его системе слову (и словоформе) и словосочетанию по формам, значениям и функциям (назначениям). В широком смысле это любое - от развёрнутого синтаксического построения (в письменном тексте от точки до точки) до отдельного слова или словоформы — высказывание (фраза), являющееся сообщением о чём-л. и рассчитанное на слуховое (в произнесении) или зрительное (на письме) восприятие. П. может быть простым или сложным. В узком, собственно грамматическом, смысле простое П.- это такая единица сообщения, к-рая, будучи образована по специально предназначенному для этого грамматическому образцу, обладает значением предикативности (см.) и своей собственной семантической структурой, обнаруживает их в системе формальных изменений и имеет определённую коммуникативную задачу, выражающуюся интонацией и порядком слов (см. Актуальное членение предложения). Основными характеристиками простого П. являются: его синтаксическая структура, формирующаяся определёнными словоформами (компонентами предикативной основы П.) в их отношении друг к другу; его семантическая структура; порядок слов и интонация; члены предложения как компоненты предикативной основы П. или её распространители.
В зависимости от цели сообщения П. могут быть повествовательными, вопросительными или побудительными; при парадигматическом подходе к П. как к единице, обладающей формоизменением, возможна и более детальная классификация П. по цели высказывания, охватывающая также П. со значениями сослагательности, условности, желательности, долженствования. Простое П. как элементарная синтаксическая конструкция (т. н. нераспространённое П.) состоит из двух (реже — более) форм слов (конституирующих компонентов), объединённых друг с другом специфическим, существующим только в П. синтаксическим отношением (т.н. предикативным), либо, реже, из одной формы слова (напр.: Ученик пишет; Воды прибывает; Простить значит забыть; Ночь; Светает). П. может быть распространено (т. н. распространённое П.) по правилам присловных связей - согласования, управления, примыкания — либо словоформами, распространяющими П. в целом (детерминантами), напр.: Для неё простить значит забыть; На Камчатке сейчас уже ночь, либо причастными, деепричастными и другими оборотами, либо специальными распространяющими формами слов, союзными сочетаниями и др.
Элементарный отвлечённый образец, по к-рому строится простое нераспространённое П., составляет его предикативную основу, структурный образец. Эти образцы классифицируются по разным основаниям: однокомпонентные и двухкомпонент-ные, свободные и ограниченные со стороны лексического состава, имеющие или не имеющие парадигматические характеристики, нефразеологизи-рованные и фразеологизированные. Каждый язык имеет свою систему таких структурных образцов. Отдельные образцы в разных языках могут совпадать, но системы предложений в целом всегда различаются Напр., для индоевропейских языков характерны т. н. двухкомпонентные структурные образцы, содержащие сказуемое, т. е. глагол в личной форме (или форму другого слова в той же позиции), и подлежащее, т. е. форму им. п. имени или инфинитив (реже другую словоформу в той же позиции). П. совмещает в одной своей грамматической форме несколько значений разных ступеней абстракции. Во-первых, сам структурный образец П. имеет отвлечённое значение, общее для всех П., т. н. предикативность. Значение предикативности, заложенное в образце, переносится в конкретное П. и модифицируется в парадигме П., т.е. в разных его синтаксических формах, выражающих значения реальности и ирреальности. Однако в конкретных П. на значение предикативности накладывается новое, иного качества значение, идущее от компонентов предикативной основы и от их отношений, а также от лекгической семантики слов, заполнивших позиции в П. (напр.: Ученик пишет = субъект и его активное действие; Гром гремит = субъект и его наличие, существование; Светает = наличие бессубъектного состояния). Такие значения относятся к семантической структуре П. Предложения, имеющие разную грамматическую организацию, но близкую семантическую структуру, в нек-рых исследованиях рассматриваются как трансформы, т. е. преобразования одного в другое, напр.: Наступает вечер - Вечереет; Гремит гром — Гром; Сын учится - Сын - учащийся. Кроме значения предикативности и семантической структуры, в П. присутствует также его функциональное значение, связанное с распределением коммуникативной нагрузки между его членами; это значение выражается актуальным членением предложения и интонацией. Структурная основа П. лишена интонации, но каждое конкретное П. и все его формы и модификации (синтаксические изменения) обязательно имеют определённую интонацию (интонационный контур). П. обладает большим прагматическим потенциалом. Язык предоставляет говорящему (пишущему) разнообразные возможности выразить в П. своё отношение к предмету речи (включая её автора), к ситуации, о к-рой сообщается (включая саму ситуацию общения), к адресату Эта прагматическая триада, реализующаяся в разных П. или полностью, или в какой-то своей части и взаимодействующая с его семантической структурой, делает П. языковой единицей, обладающей глубоким и неодноступенчатым смысловым строением.
П. как информативная единица обладает большими строевыми и коммуникативными возможностями. Оно выражает сообщение, как правило, не изолированно, а в окружении других сообщающих единиц (предложений, высказываний) и связано с ними содержательными, а часто и синтаксическими отношениями. Входя в текст в качестве его структурирующего компонента, П. вместе с другими единицами организует соответствующее сверхфразовое единство и соотносит его части друг с другом.
Сложное П.- это объединение двух (или более) простых П. (или их аналогов) средствами союзов, союзных слов или союзных частиц (в сочетании с определённой интонацией, а часто также и при поддержке лексики) в некое новое синтаксическое образование, части к-рого вступают друг с другом в определённые синтаксические отношения. При этом одна из частей может претерпевать существенные структурные изменения либо вообще иметь такую формальную организацию, к-рая простому П. не свойственна. В зависимости от того, какие средства связывают части сложного П., эти П. делятся на сложносочинённые (с формально независимыми друг от друга частями) и сложноподчинённые (с главной и придаточной частью); однако внутренние отношения частей и в том и в другом случае част оказываются не совпадающими с формальной организацией сложного П. и семантические характеристики сложносочинённых и сложноподчинённых П. перекрещиваются.
И в рус, и в зап.-европейской лингвистике П и его компоненты долгое время рассматривались как категории, совпадающие с логическим суждением и его частями (К. Ф. Беккер, Н. И. Греч, Ф. И. Буслаев) либо с психологическим актом коммуникации (Ф. Ф. Фортунатов, А. А. Шахматов). В изучении П. как собственно языковой, синтаксической категории, имеющей свои формальные и смысловые (семантические) характеристики, сложилось несколько направлений, связанных: 1) с учением о П. как о сложной неодноуровневой структуре, одновременно репрезентирующей собою несколько ступеней языковой абстракции (В. Матезиус, М. Докулил, Ф. Дании); в отечественном языкознании такой подход представлен в академической «Русской грамматике» (1980), в работах Д. Н. Шмелёва, Н. Ю. Шведовой, Ю. С. Степанова и др.; 2) с теорией порождающей грамматики и трансформационного синтаксиса (Н. Хомский, 3.3. Харрис, Д. С. Ворт, Р. Ружичка); 3) с разными учениями о П. как о синтагматической цепи связей и отношений, об аранжировке слов (Й. Рис, Л. Блумфилд, А. С. де Гроот, Л. Теньер); 4) с анализом П. прежде всего как единицы значения (О. Есперсен, Л. В. Щерба); в 60-70-х гг. - в аспекте теории глубинных и поверхностных структур и препозитивной номинации (А. X. Гардинер, У. Вайн-райх). В 60-80-х гг. активно исследуются парадигматические связи и отношения П., организующие их в определённые системы (Ворт, П. Адамец, Т. П. Ломтев, Шведова), а также его содержательное строение (Н. Д. Арутюнова, В. Г. Гак, Г. А. Климов, Е. В. Падучева и др.).
Предлог - служебная часть речи, грамматическое средство подчинения одного полнозначного слова другому в словосочетании или в предложении. Грамматическая функция П. строго регламентирована категорией падежа: позицию зависимого компонента в сочетании с П. занимают слова, относящиеся к классу имён существительных или местоимений-существительных, т.е. такие, неотъемлемым грамматическим признаком к-рых является склоняемость. Несклоняемый компонент
предложно-падежного комплекса выступает как позиционный аналог имени существительного (оказать услугу за спасибо; отложить встречу на потом; перенести разговор на завтра). Это свойство отличает П. от союза (см.), служебная функция к-рого осуществляется независимо от грамматических характеристик тех слов, к-рые он соединяет в рамках предложения.
Связь с категорией падежа ограничивает синтаксический потенциал П. как связочного слова: в отличие от союза, П. не способен оформлять синтаксические отношения между предложениями. В рамках предложения связочная функция П. может быть только подчинительной. Служебная функция П. осуществляется совместно с падежной флексией и регламентирована правилами соединения с теми или иными падежами. Одни П. употребляются в сочетании только с одним падежом (к - с дат. п., между — с твор. п., у — с род. п., около — с род. п., согласно — с дат. п.), другие — с двумя или тремя падежами (с, на, о — с вин. и предл. п., за — с вин. и твор. п., с - с род., вин., твор. п., по - с дат., вин., предл. п.).
Позицию подчиняющего компонента предложного словосочетания может занимать любое знаменательное слово, способное выполнять синтаксическую функцию управления: въехать в город, опоздал из-за нас, разговор о детях, врач по призванию, смуглый от загара, знакомый с детства, готовый к подвигу, пятый по счёту, недалеко от дома, жалко до слез.
Будучи посредником между главным и зависимым членами словосочетания, П. одновременно обращен к ним обоим: возвратиться из командировки (возвратиться из и из командировки), ухаживать за больным (ухаживать за и за больным). При этом в конкретизации значения многозначного 11. принимает участие, с одной стороны, падежная форма зависимого от П. имени и, с другой стороны, лексическое значение управляющего слова. Напр., в словосочетаниях восторг перед морем и стоять перед морем различия объектного и пространственного значения П. перед с твор. п. «подсказаны» лексическим значением управляющих слов восторг и стоять.
Морфологическая классификация П. осуществляется на двух основаниях: по формальному строению и с точки зрения генетической исконности (первичности). По формальному строению все П. делятся на однословные (простые) и неоднослов-иые (нецельнооформленные).
Часть однословных П. связана мотивационными отношениями со знаменательными словами; это «первообразные» (первичные) П., унаследованные рус. языком из общеслав. лексического фонда и составляющие закрытую группу простейших слов элементарной структуры: без (безо), в (во), для, до, за, из (изо), к (ко), кроме, меж, между, на, над (надо), о (об, обо), от (ото), перед (передо), пред (предо), по, под (подо), при, про, ади, через (черезо). Другие однословные П. генетически соотносительны с оторвавшимися от парадигмы словоформами знаменательных слов, именными или глагольными (навстречу, порядка, посредством, путём, типа, благодаря, включая, спустя, считан и др.), или с наречиями (близ, мимо, после, прежде, согласно, соответственно, сродни и др.).
Неоднословные (составные) II. представляют собой аналитические образования типа: в зависимости (от чего), в направлении (к чему), в ответ (на что), в отличие (от чего), в предвкушении (чего), во избежание (чего), на имя (кого), на началах (чего), на предмет (чего), на счету (у кого), на фоне (чего), по адресу (кого), под знаком (чего), с согласия (кого) и др. Подобные образования, функционируя как неоднословные (нецель-ноофпрмленные) аналоги простых П., обогащают и дифференцируют отношения, выражаемые первичными (элементарными) П. Элементарный П. (о, на, по, под, с и др.) и знаменательное слово (зависимость, ответ, фон, знак, предвкушение и др.) взаимно коррегируют друг друга в составе неоднословного П.: собственно П., выступая как формальная основа модели, способствует сохранению за ней грамматического статуса П., а полно-значное слово абстрактной семантики выполняет роль смыслового конкретизатора и в то же время задаёт схему управления всей модели.
Неоднословные П. обычно сохраняют признаки смысловой и парадигматической общности с соответствующими знаменательными словами, напр.: в виде (кого - чего-н.), в границах (чего-н.), в знак (чего-н.), в качестве (кого— чего-н.), в контексте (чего-н.), в области (чего-н.), в результате (чего-н.), в силу (чего-н.), в течение (чего-н.), в унисон (с кем - чем-н.), на основании (чего-н.), на предмет (чего-н.), на смену (кому -чему-н.), по мере (чего-н.), под девизом (чего-н.), под рубрикой (чего-н.). Абстрактное значение отношения в подобных случаях не аннулирует предметного значения имени, на базе к-рого образован такой 11. Актуальный характер отношений мотивированности неоднословного П. и знаменательного слова выражается, напр., в ограничениях сочетаемости с одушевлёнными или неодушевлёнными существительными: в глазах кого-н. (но не чс-го-н.), в сообществе с кем-н. (но не с чем-н.), на счету у кого-н. (но не у чего-н.), от руки кого-н. (но не чего-н.), по адресу кого-н. (но не чего-н.). Лексическое значение П. может быть представлено как более общее или более частное. Частные элементы лексического значения П. выделяются при соотнесении ряда конкретных П. в рамках одной семантической разновидности (ср., напр., приехать в Москву и уехать из Москвы; сняться с учёта и встать на учёт).
Опосредованность лексического значения обусловливает тесную связь II. с его окружением в словосочетании или в предложении. При этом П. может проявлять себя как носитель сильного и независимого смыслового начала, выступая показателем лексического значения полнозначного слова - напр., в случаях типа состоять из (кого-н., чего-н.: вещество состоит из частиц, коллектив состоит из пяти человек) и состоять в (ком -чём-н.: в должности, в бригаде). П. способен выступать в роли актуализатора той или иной точки зрения на предмет, обозначенный зависимой словоформой. Напр., в словосочетаниях положить книгу на стол и положить книгу в стол П., обозначая пространственный контакт между двумя предметами (книга и стол), выполняет функцию различителя значений 'поверхность' (на стол) и 'вместилище' (в стол). Смысловой потенциал П как отдельно взятого слова может быть предельно ослаблен. В отдельных сферах своего употребления, утрачивая лексическое значение «вплоть до полного превращения в падежные префиксы» (В. В. Виноградов), П. становятся грамматически ми знаками объектных отношений; таковы, напр., случаи типа: тосковать, соскучиться по (с предл. п. и с дат. п.); говорить о (с предл. п.); заботиться о (с предл. п.); смеяться над (с твор. п.).
В рус. грамматической и лексикографической традиции совокупность значений многозначного П. обычно представляется в опоре на основное, исходное значение (напр., пространственное), на базе к-рого формируются другие значения той или иной ступени абстракции. При этом отмечается сходство общей картины значений у П., имеющих близкое исходное значение. Напр., П. из, с, от + рад.п., указывающие на исходную точку в-пространстве (уехать из города, ветер с юга, съехать с горы, отойти от двери), обладают также причинным значением (согласиться из вежливости, онеметь со страха, бледный от волнения) и значением источника информации (узнать из разговора, новости с фронта, вести с Урала, узнать от друзей). Отмечается также корреляция значений: контакт в пространстве - принадлежность (в, у); пространственная близость - сравнение (перед, рядом с). Напр.: вода в стакане, дом у реки (контакт в пространстве); опечатки в статье, воротник у пальто (принадлежность); стоять перед зеркалом, сквер рядом с домом (пространственная близость); перед этим подвигом бледнеют асе другие, рядом с его бедой мои заботы - ничто (сравнение).
В то же время значения отдельного П. не образуют такого комплекса, внутри к-рого значения регулярно выводимы одно из другого. П. не является семантически цельной единицей, а предстаёт в виде совокупности значений, связанных или не связанных между собой. Отдельные значения П. могут быть изолированы от основного комплекса. Ср., напр., значение П. в в сочетании с именем, называющим цветовой оттенок (.белый в голубизну, отдавать в желтизну, усы в рыжину) или признак по узору, фасону (блузка в горошек, тетрадь а линейку, обои в полоску, скатерть в клетку, юбка в талию).
Предикативы, категория состояния, безтично-предикативные слова, предикативные слова, предикативные наречия, - слова, обозначающие нединамическое состояние и выступающие в функции главного члена (сказуемого, предиката) однокомпонентного (односоставного, безличного) предложения, напр.: В лесу было тихо; Детям весело; На душе тоскливо.
К П. относятся слова (или, реже, формы слов) разных частей речи, причём не во всех своих лексических значениях, а только в тех из них, к-рые закреплены за употреблением этих слов в функции сказуемого. Основную массу П. составляют предикативные наречия (напр., темно, тесно, плохо) и страдательные причастия на -но, -то (напр., накурено, заперто), меньшую часть -существительные, оторвавшиеся от парадигмы и приобретшие модальные значения, напр. существительные время ('подходящая, удобная пора': Время ехать; Не время спорить), грех (разг., 'грешно, нехорошо': Грех смеяться над несчастьем ближнего), досуг, недосуг (разг., 'есть свободное время', 'нет свободного времени': Недосуг мне по театрам ходить), лень ('не хочется, нет желания': Лень заниматься музыкой), охота, неохота (разг., 'хочется, есть желание', 'нет жела ния': Охота поговорить; Неохота с детьми возиться), пора ('настаёт время, срок': Пора идти домой). К сушествительным-П. причисляется слово жаль, к-рое в совр. лит. языке как существительное не употребляется (в просторечии отмечаются сочетания какая жаль, такая жаль). К П. причисляются также страдательные причастия на -но, -то, или причастные П. (см. выше): дано, сказано, сделано, отказано; открыто, закрыто, занято, заперто. Напр.: В комнате наку рено и неприбрано; В просьбе отказано; За билеты заплачено.
Закреплённость за П. синтаксической функции сказуемого определила их наименование. Термин «П.» был введён чеш. лингвистами во 2-й пол. 20 в. и применялся к той группе слов, к-рая в рус. грамматической лит-ре получила название «категория состояния».
В трудах лингвистов и в грамматиках рус. языка высказывались различные мнения о статусе и составе П., или категории состояния. С 1-й трети 19 в. в рус. грамматиках последовательно выделялся разряд слов, промежуточных между именами и глаголами и выражающих состояние. В качестве отличительных грамматических признаков этих слов (или форм слов) отмечалось: преимущественное употребление в функции сказуемого, неизменяемость по падежам для слов, близких к именам существительным и прилагательным, а для слов, совпадающих с наречиями, их неспособность обозначать признаки качества и действия. А. X. Востоков в «Русской грамматике по начертанию сокращённой грамматики, полнее изложенной» (1831) весь разряд таких слов присоединил к глаголу, при этом краткие формы прилагательных считал «спрягаемыми словами». Слова льзя (ср. нельзя), жаль, лень (в разг. употреблении: Лень было так рано вставать) Востоков относил к безличным глаголам. Замечания об особенностях значения нек-рых слов и форм слов (в первую очередь кратких форм прилагательных) есть в «Опыте общесравнительной грамматики русского языка» И. И. Давыдова, в «Исторической грамматике» Ф. И. Буслаева, в трудах К. С. Аксакова, Н. П. Некрасова, А. А. Потебни, А. М. Пешков-ского и А. А. Шахматова. Однако никто из грамматистов не ставил разряд слов, объединённых значением нединамического состояния, в один ряд с другими частями речи (т. е. не выделял их в особую часть речи). Первым выделил группу слов {нельзя, можно, надо, пора, жаль и т. п.), «подведение которых под какую-либо категорию затруднительно», Л. В. Шерба в ст. «О частях речи в русском языке» (1928). Эти слова Щерба объединил в одну группу с такими словами, формами слов и выражениями, как холодно, светло, весело {На дворе становилось холодно; В комнате было светло); готов, должен, рад, болен; быть навеселе, наготове, настороже, замужем, без памяти, без чувств и др., и назвал их все «категорией состояния». По определению Щербы, «это слова в соединении со связкой, не являющиеся, однако, ни полными прилагательными, ни именительным падежом существительного; они выражаются или неизменяемой формой, или формой существительного с предлогом, или формами с родовыми окончаниями - ... или формой творительного падежа существительных (теряющей тогда свое нормальное, т. е. инструментальное значение)». Категорию состояния как особую часть речи выделил и В.В.Виноградов [«Русский язык. (Грамматическое учение о слове)», 1947; 3 изд., 1986J. В более поздних работах в состав категории состояния не включались предложно-падежные формы существительных и существительные в форме твор. п. Как часть речи категория состояния (П.) не получила общего признания, хотя ряд учёных вслед за Виноградовым определяют П. как особую часть речи. Последовательно частеречное значение за категорией состояния признаётся в трёх вузовских курсах, носящих одинаковое название - «Современный русский язык»: под ред. Виноградова (1952), под ред. Е. М. Галкиной-Федорук (т. 2, 1964) и под ред В. А Белошапковой (1981). Однако в издании 1981 состав категории состояния ограничивается двумя группами слов: 1) существительными, оторвавшимися от парадигмы и изменившими свою родовую характеристику, типа пора, лень, трех, срам и 2) словами, способными выполнять только функцию сказуемого: нужно, можно, жаль. Термин «категория состояния» в 60-70-х гг. 20 в. в грамматических трудах всё чаще заменяется термином «П.». В «Русской грамматике» (1980) и «Крагкой русской грамматике» (1989) П. (категория состояния) в качестве самостоятельной части речи не рассматриваются.
Предикативность - грамматическая (синтаксическая) категория, формирующая основную единицу синтаксиса - предложение, устанавливая соотнесённость сообщаемого с действительностью. Сообщаемое всегда предстаёт как реально осуществляющееся во времени (настоящем, прошедшем или будущем) или же мыслится в плане ирреальности (как возможное, желаемое, должное или требуемое). Общее значение реальности/ирреальности (т. е. модальности) сообщаемого обязательно соотнесено со временем и опирается на категорию глагольного наклонения (см.). Категории синтаксического наклонения, модальности и синтаксического времени и соответствующая система средств их выражения образуют неразрывное единство - категорию П., к-рая организует предложение как грамматическую единицу и представляет собою его наиболее абстрактное грамматическое значение. Формирующие П. значения синтаксических времён и наклонений имеют своё формальное выражение и выявляются в системе противопоставлений - форм предложения, образующих его грамматическую парадигму. Т. о., предложение всегда мыслится как единица предикативная.
П. противопоставляет предложение всем другим единицам синтаксиса. П. отличает предложение и от такой единицы языка, как слово: предложение Весна! с определённой интонацией отличается от слова весна тем, что в основе его лежит абстрактный образец предложения, способный относить информацию в план настоящего, прошедшего или будущего (Весна!; Была весна!; Будет весна!). В двусоставных предложениях носителем П является сказуемое, в односоставных - главный член.
Будучи грамматической категорией предложения, П. переносится на любое высказывание. Высказывание способно принимать в свои состав отдельные показатели объективно-модальных значений, соотнося сообщаемое с временнбй определённостью/неопределённостью (однако всё это лишь возможность высказывания принимать в свой состав средства выражения того или иного синтаксического значения, но не грамматическая регулярность, характерная для предложения). Т.о., предложение и высказывание связаны временнбй отнесённостью.
Изложенное понимание П. опирается на учение В. В. Виноградова, но отличается тем, что категория лица не включается в состав П. Формы лица, соединяя сказуемое с подлежащим по принципу своеобразного согласования, принадлежат к числу средств, выражающих синтагматические отношения между словами.
Проблема П. является одной из наиболее сложных проблем синтаксиса. Во 2-й пол. 19 - нач. 20 вв. в русистике был распространён взгляд на П. («предицирование», «предикацию») как на сказуемость. Виноградов характеризовал П. как совокупность таких грамматических категорий, к-рые определяют и устанавливают природу предложения как грамматически организованной единицы речевого общения, выражающей отношение говорящего к действительности и воплощающей в себе относительно законченную мысль. Виноградов писал, что категории времени, модальности и лица в широком синтаксическом понимании в совокупности формируют П. Нек-рые исследователи считают, что у П. нет грамматического статуса, т. к. она не имеет грамматической оппозиции.
Предикат (от позднелат. praedicatum - сказанное) -термин логики, обозначающий конститутивный член суждения - то, что высказывается (утверждается или отрицается) о субъекте. П. находится к субъекту в предикативном отношении (см. Предикативность), способном принимать отрицание и разные модальные значения. Понятие предикативного отношения шире, чем понятие П., к к-рому предъявляются определённые семантические требования: П.- не всякая информация о субъекте, а указание на признак предмета, его действие, состояние и отношение к другим предметам. Значение существования не считается П., а предложения типа Пегас (не) существует, согласно этой точке зрения, не выражают суждения. Не составляет П. указание на имя предмета (.Этот мальчик - Коля) и на его тождество самому себе (Декарт и есть Картсзиус). В ряде совр. направлений логики понятие П. было заменено понятием пропозициональной функции, аргументы к-рой представлены актантами (термами) - субъектом и объектами.
В языкознании (в зап.-европейской лингвистической терминологии) термин «П.» был использован для обозначения состава предложения, соответствующего сообщаемому, а также «ядерного» компонента этого состава (англ. predicate, франц predicat, исп. predicado, нем. Pradicat). В слав, языкознании этот термин был заменён калькой (рус. «сказуемое», болг. «сказуемо», польск. «ог-zeczenie», серб, «прирок», хорват, «prirok») или её аналогом (чеш. «pfisudek», словацк. «prisudek» 'суждение', словен. «поведек» 'известное, узнаваемое') Термин «П.» не был исключён из лингвистического обихода, что позволило избежать терминологического смешения логических и грамматических категорий. С термином «сказуемое» ассоциируется прежде всего формально-грамматический аспект этого члена предложения, с термином «П.» - его содержательный аспект. Поэтому принято говорить о формальных (грамматических) типах сказуемого (ср. глагольное, именное, простое, составное сказуемое), но о семантических типах П. Выделяются: таксономические П., указывающие на вхождение предмета (или вида предметов) в класс (Это дерево - ель, Ель — дерево); реляционные П., указывающие на отношение данного объекта к другим объектам (Петр - отец Насти); характеризующие П., указывающие на динамические и статические, постоянные и преходящие признаки объекта (Мальчик бежит; Мальчик - ученик; Он учит физику; Он устал; Ену скучно; в .л-ом разряде особое место занимают оценочные П.: Климат здесь скверный); П. временнбй и пространственной локализации {Сейчас полдень; Павел дома). Разные типы П. могут быть представлены в языке синкретически. Переходные глаголы обычно выражают не только определённое отношение между предметами, но также характеристики этих предметов, вытекающие из данных отношений.
11. могут быть классифицированы и по другим основаниям. В зависимости от типа субъекта различаются П. первого порядка (относящиеся к материальным сущностям) и более высоких порядков, характеризующие разные виды нематериальных объектов, среди к-рых наиболее резко противопоставлены П., относящиеся к событийному субъекту, и П., характеризующие пропозициональный субъект (ср.: Этот случай произошёл вчера - То, что этот случай произошёл вчера, сомнительно). По количеству актантов П. делятся на одноместные (Ель — зелена), двухместные (Ель заслоняет нору), трёхместные (Ель заслоняет нору от охотника) и т. д. Ю. С. Степанов разделяет П. по степени производности в системе языка на непроизводные (Мальчик учится), производные от первых (Мальчик - ученик), и производные от вторых (Это — лишь ученичество) и т. д.