Рубрика ‘ Р ’

Речевой этикет - система устойчивых формул   общения,   предписываемых   обществом   как правила речевого поведения для установления речевого контакта собеседников.Каждая ситуация обслуживается в рус. языке определённой коммуникативно-семантической группой высказываний, к-рые образуют ряды функциональных эквивалентов (коммуникативных синонимов). Напр., в ситуации прощания: До свидания; До встречи; До завтра; До вечера; Прощайте; Позвольте (с вами) попрощаться; Разрешите откланяться; Всего; Пока и др.; в ситуации благодарности: Спасибо; Благодарю (вас, тебя); Очень вам (тебе) благодарен (-рна); Как я вам (тебе) признателен (-льна); Разрешите поблагодарить вас; Позвольте выразить вам благодарность; Я хотел бы поблагодарить вас и др. В каждой такой группе есть выражение, наиболее употребительное, стилистически нейтральное (доминанта синонимического ряда), напр.: До свидания!; Спасибо! Нек-рые выражения приобретают дополнительный оттенок значения (До завтра! — до определённого срока; Прощайте! - расставание навсегда) илн модальный оттенок (напр., желательности - Я хотел бы поблагодарить вас), или стилистический оттенок (Позвольте попрощаться- высок., Пока- сниженное), что позволяет устанавливать и поддерживать контакт с собеседником в определённой тональности, принятой для той или иной ситуации общения. Выбор единицы синонимического ряда предопределён экстралингвистическими факторами; доминантное выражение используется в любой ситуации общения.
При исследовании Р. э. учитываются прагматический, собственно лингвистический, социолингвистический, стилистический, паралингвистиче-ский, культурологический и другие факторы.
С прагматической точки зрения (см. Прагматика) единица Р. э. представляет собой речевое действие (речевой акт): произнесение выражения Р. э. равно совершению конкретного действия, напр.: Простите меня — акт извинения; Прошу вас передать журнал - акт просьбы и т. д. Совокупность коммуникативно-семантических групп Р. э. образует класс речевых актов-контактивов. Р. э. отвечает прагматическим принципам общения - принципу сотрудничества и принципу вежливости: «вступая   в   речевой   контакт,   сотрудничай   с
партнёром в достижении целей общения»; «проявляй уважение к партнёру». Эти общие принципы конкретизируются рядом постулатов, при этом для Р. э. принцип вежливости оказывается ведущим. Вежливость в Р. э. предстаёт как а) этическая категория - моральное качество человека, соблюдающего внешние нормы общения (чем официаль-нее отношения, чем менее знакомы коммуниканты, тем более необходима вежливость) и/или проявляющего личную доброжелательность; б) проявление искренности или показной искренности. Категория вежливости и Р. э. находятся в отношениях пересечения: невежливо неупотребление Р. э. там, где его ожидают; невежлив выбор неуместной единицы Р. э.: Привет!- вышестоящему, напр. по рангу; обращение по имени и на «ты» там, где ожидают имя-отчество и «Вы», и т.д. Вместе с тем среди выражений Р. э. есть стилистически сниженные, применяемые в определённой социальной среде по отношению к равным партнёрам в определённых ситуациях как норма. Напр., привлечение внимания у подростков: Эй, ты!, стилистически сниженное приветствие: Здорбво/ и др.
Собственно лингвистическая природа выражений Р. э. определяется их сущностью как высказываний-действий (перформативных высказываний), осуществляющихся при условии непосредственного общения: когда партнёры «я» и «ты» встречаются «здесь» и «сейчас». Эти показатели отражаются в семантической и/илн грамматической структуре единиц разной оформленности: Поздравляю вас!; С праздником!; Разрешите поздравить вас с праздником!; Я хотел(а) бы поздравить вас! и др. В каждом из высказываний отражается «Я» говорящего, «Ты» адресата, реальная модальность соответствия ситуации речевого акта, момент речи («сейчас»), точка контакта коммуникантов («здесь»). Именно поэтому в отношениях функциональной эквивалентности оказываются высказывания, содержащие перформа-тивный глагол-предикат (Приветствую вас!) и не содержащие его (Здравствуйте!; Привет!; Моё почтение!).
Семантика единиц Р. э. связана с выражением речевой интенции, т. е. коммуникативного намерения совершить определённое дело (действие) с помощью такого инструмента, как перформатив-ное высказывание: приветствовать (Здравствуйте!), прощаться (До свидания!), извиняться (Простите!) н др. Кроме того, единицы Р. э. передают социальные смыслы двух типов: «свой -чужой, близкий - далёкий, знакомый - незнакомый»; «равный - выше-/нижестоящнй». Ср. пример вступления в контакт интеллигента с представителем преступной группы. *Я чуть было не допустил оплошность - едва не обратился к нему на "вы", да ещё чуть не извинился за беспокойство.- Привет, Утюг, как дела? — сказал я ему насколько возможно бесцеремонней.- Дела как в Польше: у кого телега, тот и пан,- бойко отвешил он, точно мы с ним сто лет были знакомы* (Айтматов).
Области Р. э. - доброжелательность, целенаправленное контактирование - противопоставлена область «антиэтикета» - разрыв контактов: брань, ругань, оскорбление, унижение и т. д.
В зону Р. э. входят правила выбора ты- или Вы-форм общения. В целом выбор диктуется сложным сочетанием признаков внешних обстоятельств общения и внутренних реакций коммуникантов: степенью знакомства партнёров {ты - знакомому, Вы - незнакомому); неофицнальностью/офици-альностью обстановки общения (ты - неофициальное, Вы - официальное); характером отношения к адресату (ты - дружеское, «тёплое», Вы -подчёркнуто вежливое или натянутое, отчуждённое, «холодное»); равенством/неравенством ролевых отношений (по возрасту, положению: ты равном)' и нижестоящему, Вы - равному и вышестоящему). В общении наборы признаков взаимодействуют друг с другом. Разнообразное сочетание указанных условий выбора откладывается в местоименном дейксисе (см.) адресата. Т. о., выявляется ты родственное, дружеское, интимное, доверительное, фамильярное; Вы - вежливое, уважительное, официальное, отчуждённое. Р. э. располагает формально выраженной или скрытой маркировкой »гб(-/Вы-общения, напр.: Здравствуй - ты, Здрааствуйте - Вы, Здорбво - только ты, и т. п.
С социолингвистической точки зрения единицы Р. э. отражают постоянные социальные признаки участников общения: их возраст, степень образованности и воспитанности, место рождения, воспитания и жительства, пол, а также переменные социальные роли (товарищ, пациент, клиент, милиционер и др.). Ср.: Доброго здоровьица! - приветствие старших жителей деревни; Приношу свои глубокие извинения - в речи интеллигентов среднего, старшего поколения; Приветик!; Салют! -приветствия молодёжи; обращения Кузьмич!, Ивановна! (по отчеству) - к пожилым жителям деревни со стороны носителей просторечия; обращения по родству к незнакомым - Мамаша!, Мать!, Отец! и др.— со стороны носителей просторечия. Существуют также диалектные, жаргонные единицы Р. э.
Стилистические свойства единиц Р. э. тесно связаны с социолингвистическими факторами, поэтому выделяют соцностилистические характеристики единиц Р. э.: Позвольте откланяться! - стилистически высокое, свойственное интеллигентам старшего поколения; Приветствую вас от имени...- стилистически высокое, свойственное публичному общению; Пока! - стилистически сниженное, при общении с равным партнёром, и др. Р. э. играет роль социально-стилистического маркирования н регулирования отношений партнёров по общению. Жестово-мимические и интонационные сигналы несловесного (невербального) общения, связанные с Р. э., исследуются паралингвистикой. Для Р. э. специфичны замещающие и сопровождающие жесты. Напр., приветствие может реализоваться только рукопожатием, этот жест может сопровождать и вербальные (словесные) реплики. Ситуации, требующие жестово-мимического сопровождения, количество и «качество» невербальных сигналов, их социостнлнстическая характеристика, как и весь Р. э., имеют национальную специфику.
Культурологический аспект Р. э. связан с тем, что Р. э.- неотъемлемый элемент культуры народа, его фоновых знаний, важная часть культуры поведения и общения, это продукт культурной деятельности человека и инструмент такой деятельности. В Р. э. отразилась не только национальная специфика культуры, но и исторический опыт народа (ср : единицы Р.э. 19 в.: Ваш покорный слуга, Нижайше кланяюсь, Бью челом). Р.э. в целом фразеологичен, в нём много собственно фразеологизмов, пословиц, поговорок, напр.: Добро пожаловать!; С лёгким паром!; Милости прошу к нашему шалашу!; Прошу любить и жаловать!; Сколько лет, сколько зим! В выявлении национальной специфики Р. э. важен сопоставительный аспект, особенно при обучении иностранному языку.

 

Речевая Культура - составная часть культуры народа, связанная с использованием языка. Поскольку каждый народ имеет свои коммуникативные потребности и соответствующие языковые средства, собственные традиции общения, своеобразно организованные информационные структуры, свою систему языковых и речевых предпочтений, можно говорить об особых национальных речевых (и даже языковых) культурах н различиях между ними, к к-рым относятся и этнокультурные н структурно-языковые различия. Различаются национальные Р. к. с разным соотношением лит. языка и разг. речи: её ориентацией на лит. язык (будучи его составной частью) или на просторечие, диалект
В совр. рус. Р. к. отражаются типологические особенности рус. языка, многообразие сфер его применения (от бытового общения до международного), единство рус. речи при обширности территории расселения народа и существовании территориальных вариантов языка, наличие высокоразвитого лит. языка с длительной непрерывной традицией, включающего в себя разг. речь как особую составную часть, накопленное богатство письменных и устных текстов общенационального значения как основы представлений о правильной и хорошей речи, достижения науки о рус. языке и т.д.
В Р. к. существуют различия, связанные с социальным расслоением народа, многообразием условий жизни людей, неодинаковостью их коммуникативных возможностей и потребностей, общественных н языковых идеалов, степени образованности и т. д. Эти различия системны и образуют внутринациональные типы Р. к. Основы подхода к Р. к. как к системе её типов заложены Н. И. Толстым, соотнёсшим лит. язык с элитарной культурой, говоры - с народной, просторечие - с «третьей» культурой, арго - с культурой традиционно-профессиональной. Однако различаются разные типы Р. к. ив среде образованных горожан, поскольку далеко не все владеющие лит. языком являются носителями элитарной Р. к. Со сферой действия лит. языка связано существование четырех типов Р. к.: элитарной, среднелн-тературной, литературно-разговорной и фамильярно-разговорной.
Элитарная Р. к.- эталонная Р. к., означающая свободное владение всеми возможностями языка, включая его творческое использование. Элитарная Р. к. позволяет сё носителям целесообразно и уместно пользоваться языком в любой сфере общения и ситуации, применяя в каждом случае выработанные в языке соответствующие функциональные стили, их разновидности и формы речи. Для элитарной Р. к. характерно строгое соблюдение всех норм культуры речи (ортологи-ческих, этических, стилистических, функционально-стилевых). Для носителей элитарной Р. к. безусловен запрет грубых, тем более нецензурных выражений, что порождает развитую систему эвфемизмов (см.) и умелое их использование. Уважение к собеседнику вызывает строгое разграничение устной и письменной форм речи, не допускающее, в частности, использования в устной речи причастных и деепричастных оборотов, излишней книжности, а в письменной речи - смысловой неполноты информации; с ннм связано «ты- и Вы-об-щение» в зависимости от возраста, степени близости и социальной роли адресата речи. Элитарная Р. к.- искусство речи, поэтому она характеризует далеко не всех образованных носителей лит. языка.
Все остальные Р. к. в большей или меньшей степени «ущербны» с точки зрения возможностей полноценного и творческого использования языка.
Среднелитературная Р. к.- это чаще всего несостоявшаяся элитарная Р. к. Для неё характерно неполное соблюдение всех норм и, в отличие от элитарной Р. к., владение лишь двумя (реже тремя) функциональными стилями (разг. речь и научный стиль или разг. речь и публицистический стиль и т. д., теоретически возможное невладение нормами разг. речи при владении к.-л. другой функциональной разновидностью лит. языка фактически в чистом виде вряд ли встречается). Признаками среднелит. Р. к. являются ударения типа средства (даже в рекламе!), шофер, квартал и либо чрезмерное насыщение речи книжными (н т.ч. иностранными) словами, либо, наоборот, не оправданное ситуацией использование разг. и даже просторечных словечек (силком, отстёгивать деньги на что-л. и т.п.). Носители среднелит. Р. к.- большинство образованных горожан, нередко со специальным филологическим образованием. Их мы слышим по радио и телевидению, часто упрекая в нарушении норм ударения, стилистической неряшливости, злоупотреблении иностранными и нелит словами, нередко в отсутствии элементарного речевого такта Эта же Р. к. характеризует иек-рые совр. газеты и произведения художественной литры. Проникновение среднелит. Р. к. в средства массовой информации способствует её распространению.
Для ряда носителей среднелит. Р. к. её проявления - это результат осознанного отталкивания от элитарной Р. к. (сознательное огрубление речи и намеренная стилистическая неряшливость).
Нарушения норм образуют в среднелит. Р. к. своеобразную систему, что и позволяет выделить её в качестве самостоятельного типа Р. к.
Дна других типа Р. к., связанных с носителями лит. языка, имеют двойственный характер. С одной стороны, каждый из них является только разновидностью либо элитарной, либо среднелит. Р. к., ггли используется в ограниченной сфере общения: литературно-разговорный в неофициальной сфере, фамильярно-разговорный в ещё более узкой сфере близкородственного или близкодру-жественного общения людей одного возраста. С другой стороны, это самостоятельные типы Р. к., если их применение не знает ограничений. Эти типы Р. к. (как самостоятельные) характеризуют тех носителей лит. языка, к-рые владеют только разг. речью.
Литературно-разговорный тип(и как самостоятельный, и как разновидность элитарной или среднелит. Р. к.) описан в работах по разг. речи (см. Разговорный язык. Разговорная речь, Разговорная лексика).
Фамильярно-разговорный тип (и как самостоятельный, и как разновидность гл. обр. среднелит. Р. к.) характеризуется общей стилистической сниженностью и огрублённостью речи, что сближает его с просторечной Р. к. (отличается от неё соблюдением ортологических норм в элитарной и лишь отдельными их нарушениями в среднелит. Р. к. и в самостоятельном типе).
Для самостоятельных типов литературно-разг. и фамильярно-разг. Р. к. характерно неразграничение «ты- и Вы-общения» (используется «ты-обще-ние» вне зависимости от возраста собеседника и степени знакомства с ним, особенно при разговоре с собеседником более низкого социального ранга). Одним из признаков фамильярно-разг. Р. к. как самостоятельной  Р. к. является использование в
качестве приветствия и прощания одного и того же речевого стереотипа (Привет!; Чао!; Приветик!) и включение в речь большого количества слов-па-разнтов, при этом нередко грубых н даже нецензурных. Самостоятельность фамильярно-разг. типа Р. к.- своеобразная реакция на официоз книжной речи прошлых лет.
Долгое время под культурой речи понималась только элитарная Р. к., а все остальные типы Р. к (включая народную речь) считались нарушением норм лит. языка. Однако в каждом типе Р. к. есть своя система, каждая из них отражает свойства и потребности её носителей, а потому заслуживает специального изучения, хотя не каждая из них желательна для распространения.

 

Реформы азбуки и правописания. В основе рус. письма лежит одна из двух древнейших слав, азбук - кириллица (см.). В процессе её приспособления к звуковому строю рус. языка и особенно в связи с развитием книгопечатания (см.) не раз возникала необходимость упорядочения как алфавита, так и правописания. Первая реформа рус. письма была осуществлена в 1708-10 Петром I. В 1708 он издал указ напечатать «новоизобретенными русскими литерами» «Геометрию» и иные гражданские книги, а в 1710 утвердил образец новой азбуки. В ней старые (церковные) и новые («гражданские») буквы давались в сопоставлении. Были исключены нек-рые буквы церковной кириллицы (напр., ^ - «кси», \> - «пси», со - «омега» и др.). В азбуку были введены буквы э и я, а также впервые устанавливались строчные и прописные начертания букв (в церковной кириллице были только заглавные буквы). Однако часть исключённых Петром I букв в дальнейшем восстанавливалась и снова исключалась. Нек-рые излишние буквы оставались в рус. алфавите вплоть до реформы 1917-18: в - «фита», -Ь - «ять», I.
Гражданский шрифт (см.) не был новой системой письма, в нём получила дальнейшее развитие система кириллицы. «Гражданским» новый шрифт назывался потому, что им набирались и печатались книги светские, прежним же шрифтом набирались церковные книги. При разработке гражданской азбуки были исключены знаки ударения (их называли силы), знаки сокращений (титлы). Вместо буквенного обозначения цифр были введены араб, цифры. В 1917 при АН была создана специальная подготовительная Орфографическая комиссия, представившая проект упрощения рус. правописания на совещании 11(24) мая 1917. В совещании, председателем к-рого был А. А. Шахматов, принимали участие члены Орфографической комиссии 1904, учёные, учителя школ. «Постановление совещания по вопросу об упрощении русского правописания» было утверждено АН, Министерство просвещения циркуляром от 17(30) мая 1917 предложило ввести в школах реформированное правописание с нового учебного года.
В основе этой реформы правописания был проект реформы 1912, однако нек-рые пункты нововведений в постановление совещания не вошли Так, в проекте 1912 рекомендовалось отменить ь после шипящих в конце слов рожь, ходишь, лишь, ночь н др. и писать рож, ходиш, ноч, лиш; передавать звук [о] под ударением после шипящих буквой о: счот, чорный, лжот, шояк, шопот вместо счёт, чёрный, лжёт, шёпот. Оба эти пункта были изъяты по предложению Шахматова на совещании 11 мая. Он предложил сохранить написание мягкого знака после шипящих, т. к. его отмена «затруднит применение нового правописания». О втором пункте Шахматов сказал: «...вместо того, 413 чтобы писать чорный - чернее, счот — счета, как предлагала Орфографическая комиссия, допускаются написания чёрный, счет, чтобы не вносить буквенных различий в коренной части слов при различных его изменениях» (Архив РАН, фонд 134, опись № 240).
Новая рус. орфография была введена декретами Народного комиссариата просвещения от 23 декабря 1917 и Совета Народных Комиссаров от 10 октября 1918 (см. илл.).
Реформа 1917-18 была единственной реформой рус. правописания, направленной на совершенствование его правил. Упорядочение рус. орфографии и пунктуации, проведённое в 1956, не было реформой правописания: оно не затронуло его основ. Система упорядоченных и унифицированных правил закреплена в своде «Правила русской орфографии и пунктуации» (М , 1956) (см.), первом и единственном в истории рус. правописания своде чётко сформулированных и научно обоснованных правил.
Вопрос о дальнейшем усовершенствовании рус. орфографии был поднят в прессе в 1962. В ноябре 1962 при Ин-те рус. языка АН СССР (ныне РАН) была образована Орфографическая комиссия под председательством В. В. Виноградова. Проект «Предложений по усовершенствованию русской орфографии» был подготовлен в 1964 и опубликован в печати для широкого обсуждения, но не был принят.
В 1991 при Ин-те рус. языка создана новая Орфографическая комиссия, продолжающая работу по уточнению правил орфографии.

 

Референция (от лат. referens) - соотнесение употреблённого в тексте имени (именной группы) с внешним миром (объектами действительности), а также результат такого соотнесения. В более широком смысле понятие «Р.» применимо и к другим языковым выражениям, напр. к высказыванию.
В отличие от смысла, Р. присуща не имени как таковому, но его употреблению («актуали-зованному» имени). Смысл может определять лишь предрасположенность к тому или иному типу Р. Знание Р. актуалнзованных имён так же, как и знание их смысла, обеспечивает понимание текста Проблема соотнесённости и взаимодействия Р. со смыслом лежит в основе логико-семантических исследований Г. Фреге, Б. Рассела, Р. Карнапа, П. Стросона н др.
Необходимость строго различать смысл и Р. приводит, по мнению У. Куайна и др., к разделению семантики на «слабую», или «внутреннюю» (теория значения), и «сильную», или «внешнюю» (теория Р.). Последняя оперирует такими понятиями, как «именование», «истинность», «обозначение» и «экстенсионал» (и охватывает соответствующий круг проблем).
Р. имени обусловлена не только его смыслом, но и контекстом и прагматическими факторами. Повышенное внимание к прагматике особенно характерно для совр. теорий Р. (Л. Линскнй, С. Крип-ке, Дж. Сёрл н др.).
Одной из важнейших задач теории Р. является описание референциальных противопоставлений, т. е. противопоставлений актуалнзованных имён, основанных либо на различиях свойств обозначаемых объектов внешнего мира, либо на различиях сопутствующих прагматических факторов. На базе референциальных противопоставлений строится классификация типов соотнесённости имён с внешним миром, т. н. «типов референции» (Н. Д. Арутюнова), или «денотативных статусов» (Е. В. Па-дучева). Так, напр., слово ягуары в высказывании Ягуары нежно тёрлись об её руки обозначает конкретных зверей (конкретно-референтное употребление), в высказывании Ягуары вымирают обозначает вид животных (родовое употребление), в высказывании Эти звери - ягуары обозначает свойство (предикатное нереферентное употребление), в высказывании Ягуары - форма множественного числа от слова ягуар обозначает себя, т. е. слово ягуары (автонимное, содержащее отсылку к самому имени, употребление). В теории Р.- области пересечения разных наук (философии, логики, языкознания и др.) у ряда исследователей не всегда можно чётко выделить собственно лингвистические задачи. Интерес к Р. у лингвистов усиливается в 60-80-х гг. 20 в.

 

Референт (лат. referens, род. п. referentis - относящий, сопоставляющий) - объект внеязыковой действительности, к-рый имеет в виду говорящий, произнося данный речевой отрезок; предмет референции (см.).
Предметная отнесённость противопоставляет Р. смысл\ энака [значению, концепту, сигнификату (см.)], а соотнесённость с конкретным речевым актом - денотату (см.).
Термин «Р.» был введён в 1923 Ч. Огденом и А. А. Ричардсом прежде всего для того, чтобы подчеркнуть косвенный характер отношения Р. к имени, с к-рым Р связан лишь через посредство понятия. Распространённое в совр. логике, философии и лингвистике терминоупотребление не согласуется с этим пониманием: отношение референции («указания», «соотнесённости») обычно устанавливается непосредственно между Р. и «указывающим на него», «отсылающим к нему» языковым выражением.
Речевой отрезок может иметь Р. не только в реальном, но и в воображаемом мире, в частности в универсуме данного художественного произведения: напр., имя Кутузов в тексте романа Л. Н. Толстого «Война и мир» имеет своим Р. то историческое лицо (в философских отступлениях), то персонаж, соотнесённый с художественным миром романа и фигурирующий в этом вымышленном универсуме на тех же правах, что, напр., и другой персонаж - Р. имени Андрей Болконский. В пределах одного речевого универсума устанавливается и кореферентность - тождество Р. двух речевых отрезков. Цепочка анафорических связей (см. Анафорическое отношение) между предыдущим и последующим вхождением выражений, относящихся к одному и тому же Р., в связный текст образует его «референциальную историю». По мере развёртывания преференциальной истории» происходит обогащение знаний о Р., достигаемое постепенным введением новой сигнификативной информации о нём. Это создаёт возможность повторной несинонимической номинации данного Р. выражениями с различным смыслом: напр., во 2-й главе повести А. С. Пушкина «Капитанская дочка» один и тот же Р. получает наименования: *что-то чёрное*, *чсловек*, *дорожный*, *он*, *вожатый*, *мужик*, * мужичок*, *мой бродяга*, нек-рый другой Р. в 6-й главе получает имена *Емельян Пугачёв*, *злодей*, ^самозванец*, ^разбойник*, наконец, в 8-й главе происходит идентификация двух Р.: *Я удостоверился, что Пугачёв и он были одно и то же лицо*. В дальнейшем речь идёт уже только об одном Р.
Недифференцированное употребление терминов «Р.» и «денотат» связано в работах нек-рых исследователей с тем, что они не проводят соответственного содержательного разграничения. В других случаях использование термина «Р.» как по отношению к объекту, именуемому актуализован-ным языковым выражением, так и к денотату абстрактной языковой единицы связано с иным терминологическим обозначением соответствующих понятий: в значении, близком значению термина «денотат», используются термины «виртуальный Р.», «семантический Р.» и др.

 

Редукция (от лат. reductio - возвращение, отодвигание назад) - изменение звуковых характеристик речевых элементов, вызванное их безударностью. В фонетической лит-ре больше говорят о Р. гласных, т. к. гласные являются слогообразующим элементом. Различают количественную и качественную Р. гласных. Количественная Р.— сокращение времени артикулирования (т. е. сокращение длительности). Ударный гласный (как и ударный слог) всегда имеет относительно ббльшую длительность, длительность же безударных зависит от их положения по отношению к ударению; больше всего сокращаются по длительности заударные слоги (не в абсолютном конце слова) и вторые, третьи предударные слоги (не в абсолютном начале слова). Степень сокращения гласных по длительности зависит также и от качества гласных; так, открытый гласный [а], имеющий максимальную собственную длительность в ударном положении по сравнению с другими ударными гласными, в первом предударном слоге сокращается по длительности не столь значительно, как второй предударный и заударный. Эту особенность количественной Р. гласного [а] А. А. Потебня описал числовой формулой: если ударный гласный в слове обозначить цифрой 3, то первый предударный -это 2, а второй предударный и заударный - 1. В фонет1гческой лит-ре есть тенденция распространять эту формулу и на другие гласные, однако экспериментально-фонетические исследования количественных характеристик остальных гласных показывают, что сильнее различаются все предударные от всех заударных, чем 1-й, 2-й и 3-й предударные между собой.
Сокращение длительности гласных - количественная Р.- приводит и к качественной Р., а именно к неполному выполнению артикуляторной программы безударного гласного: при сокращении времени артикулирования гласного [а] язык не достигает максимально низкого положения (как при артикуляции ударного [а]) и безударный [й] произносится как гласный среднего подъёма. При артикуляции безударных [и], [ы], [у] язык не достигает максимально высокого положения, к-рое характерно для этих же ударных гласных, так что они уже не являются гласными высокого подъёма. Сокращение времени артикуляции безударного гласного приводит и к тому, что этот гласный не содержит фазы выдержки и представляет собой нек-рую переходную артикуляцию от предшествующего согласного к следующему.
При Р. слога основным результатом является ослабление контраста между согласным и следующим за ним гласным, т. е. более слитное, нерас-членённое произношение целого слога.
Р. целых звуковых комплексов (напр., последовательности заударных слогов) приводит к очень сильным изменениям звукового состава слова.

 

Распространённое предложение -простое предложение (см.), в состав к-рого (в отличие от нераспространённого предложения; см.) входят второстепенные члены, поясняющие и уточняющие подлежащее, сказуемое или предложение в целом. Расширение состава предложения происходит за счёт слов и словосочетаний, выступающих в форме, предопределённой подлежащим или сказуемым, или в форме, закреплённой в языковой системе для выражения определённых компонентов смысла предложения, напр.: Не пришёл из-за болезни; *Снег забивался в ворот штормовок - ледяным обручем стискивал горло* (Семёнов-Спасский); *Об этом молчать! Морозна старался не вспоминать о поездке в госпиталь* (Фадеев). В образованном на основе различных видов подчинительной связи (согласования, управления, примыкания) словосочетании имеют место определительные, объектные или субъектные отношения, напр.: не вспоминать о поездке - управление, отношения объектные; поездка в госпиталь - слабое управление, отношения определительные.
Синтаксическая позиция словоформ, распространяющих всё предложение в целом,- в начале или реже в конце предложения. В одном предложении может быть несколько таких распространителей (детерминантов, см.), характеризующих предложение с различных сторон, имеющих субъектное, объектное или обстоятельственное значение, напр.: «У неё глаза морского цвета, У неё неверная душа* (Бальмонт); *На лице твоём, ласково-зыбкий. Белый луч притворился улыбкой...* (Анненский); *С катком и родителям стало гораздо спокойнее* (Носов).
Внутренний состав предложения может распространяться именем, чаше местоимением, в форме дат. п., к-рое указывает на направленность действия, напр.: *Пуля прошла ему сквозь самое сердце* (Тургенев). В этой роли может выступать инфинитив, напр.: Дай бумагу написать письмо; деепричастие: Уходя, уходи.
Распространённым является предложение, если оно содержит открытые или закрытые ряды уточняющих определений, дополнений или обстоятельств, объединённых союзной или бессоюзной связью, напр.: <Лишь снег порхает - вечный, белый. Зимой - он площадь оснежит...* (Блок); *Вся моя жизнь озарилась любовью, именно вся, до самых мелочей, словно тёмная, заброшенная комната, в которую внесли свечку* (Тургенев).
Предложение распространяется также путём присоединения уточняющих групп словоформ, находящихся с предложением или отдельным словом в полупредикативной связи. Эти обособленные смысловые группы выделяются интонационно, на письме - запятыми или тире, напр.: ^Бросавший её [сеть], к полному удивлению всех, промахнулся и захватил ею только кувшин...* (Булгаков); *Так шептала Маргарита Николаевна, глядя на пунцовые шторы, наливающиеся солнцем, беспокойно одеваясь, расчёсывая перед тройным зеркалом короткие завитые волосы* (Булгаков).
Распространённым предложение делает введение синтаксически независимых словоформ - обращений, вставных конструкций, напр.: *Ты мне мила, пора заката* (Плещеев); *К ней заходил замечательный музыкант (я дружил с ним) И. Добровсйн* (Пастернак).
Термины «Р. п.» и «нераспространённое предложение» приняты прежде всего в школьной грамматике.

 

Разговорный язык, разговорная р е ч ь,- одна из двух разновидностей литературного языка, употребляемая в условиях непринуждённого общения и противопоставленная (в пределах литературного языка) кодифицированному книжному языку. Эту разновидность лит. языка нек-рые учёные традиционно называют термином «разговорная речь» (см.), к-рый возник в связи с тем, что первоначально исследования особенностей Р. я. основывались на их отражении в языке художественной лит-ры. Начиная с 60-х гг. 20 в. изучению подверглись магнитофонные и ручные записи непринуждённой естественной устной речи. Анализ её фонетики, морфологии, синтаксиса, словообразования, лексики, невербальных средств коммуникации, проводимый в 70-80-х гг., показал, что непринуждённая естественная устная речь характеризуется особенностями системно-языкового характера и что её правильнее называть термином «разг. язык» (Р. я.), противопоставляя книжному кодифицированному языку, поскольку рус. лит. язык существует в этих двух разновидностях. Тем не менее многие учёные сохраняют термин «разг. речь», отчасти не желая порывать с традицией, отчасти по соображениям принципиального характера. Аналогичные языковые формации в других языках именуются терминами, включающими слово «язык»: Umgangsspra-che (нем.), hovorova feStina (чеш.), francais parlee (франц.).
Основная форма реализации Р. я.- произносимая, устная речь (см.). Именно устная форма обусловливает целый ряд особенностей Р. я. Существует, однако, мнение, что Р. я. может обнаруживаться и в письменной форме (частные письма, записки, дневники). Книжная речь функционирует и в письменной, и в устной форме (доклад, лекция, радио- и телепередачи). Кроме формы речи (устная - письменная; см. Письменная речь) различие между Р. я. и книжным языком создаётся ещё рядом экстралингвистических факторов. Р. я. обнаруживается лишь в условиях непринуждённого общения, т. е. при наличии неофициальных отношений между говорящими и установки на неофициальное общение, в речи непосредственной и неподготовленной, зависящей в сильной мере от ситуации. Тесная связь с ситуацией проявляется в том, что Р. я. могут быть не выражены многие элементы сообщения, непосредственно содержащиеся в ситуации, сопровождающей речь. Так, напр., фраза Открой, пожалуйста, в к-рой не указан объект действия, вполне понятна, если говорящий держит в руках консервную банку, и будет понята иначе, если она произносится, когда в квартире раздаётся звонок в дверь.
В акте коммуникации, к-рую обслуживает Р. я., большую роль играют помимо собственно языковых средств жест и мимика. Р. я. непосредственно сопрягается с несловесной (невербальной) передачей информации, что оказывает влияние на структуру Р. я. Жест и мимика могут сопровождать слова говорящего, указывая форму, размер и т. п. предмета речи (ср. Я купила такую круглую -жест - шляпу), но могут выступать и на месте паузы, как самостоятельное средство общения, реализуя смыслы, не выраженные словесно (напр., в метро: Вы не могли бы...- жест - 'подвинуться'; за столом: Передай мне - показывает на хлеб). Жесты могут выступать в функции отдельных реплик диалога (см.), особенно часто в ответах на вопрос, просьбу (напр., кивнуть головой со значением «да», пожать плечами - выразить недоумение и т. п.).
Как и книжный язык, Р. я. имеет свои нормы. Опора на неязыковую сигуацию, неподготовленность, непосредственность речевого акта, использование жестов и мимики, преимущественное функционирование в устной форме - все эти факторы обусловливают специфические лингвистические особенности Р. я. в фонетике, морфологии, синтаксисе, словообразовании, лексике, номинативных средствах. В фонетике Р.я. представлен тот же набор фонем, что и в книжном языке, однако реализация фонем осуществляется иначе, чем в книжном языке. Напр., распространённое явление - утрата отдельных звуков или сочетаний звуков: [т'иЗ] — тебе, [наЗрна] - наверное, [сма-р'ел] - смотрел, [с'ор'Ам'а] - всё время, [с'ьранб] - всё равно, [х6ит\ - ходит, [обит] -водит; стяжение гласных звуков: [вапщё] - вообще, [въбражат'] - воображать, [т'атр] - театр. Особенно часто сильной деформации в потоке речи подвергаются высокочастотные слова, а среди них - слова информативно мало значимые: [тадд] - тогда, [ксдй] - когда, \инадй\ - иногда, [ч'уч'ут'] — чуть-чуть, [друк] - вдруг, \д'ес', з'ес'] — здесь, [зквч'] или [нач'ит'] - значит, \сас'3м] — совсем, [т'изр', т'эр'] - теперь, [оч'н', ош'н' ] - очень. Так, для слова здравствуйте наряду с обычным [здраст'и] зафиксировано более двадцати различных вариантов произношения.
В морфологии существуют особые звательные формы: Мам!; Пап!; Нин!, звательные формы, включающие повторы (.Мам, а мам!; Пап, а пап!; Пин, а Нин!; Мама-мам!; Нин-Нина!). Для морфологии Р. я. характерно усиление черт аналитизма. Это проявляется в ряде явлений: 1) в склонении как единого целого нек-рых разрядов существительных (имён и фамилий: читал Майн Рида, купил Жюль Верна), устойчивых сочетаний (забыл о твоём день рожденьи), составных числительных (я поехал туда с двадцать одним рублём в кармане); 2) в наличии обширных разрядов неизменяемых слов, отличающихся специфической семантикой и функциональной нагрузкой: предикативов-оценок (не ах, не ахти, ничего, так себе, того и т. п., напр.: Погода сегодня не ах; Ужин не ахти; Суп был ничего; Кисель так себе); глагольных междометий (трах, бах, бац, ля-ля-ля, шу-шу-шу, напр.: Коля трах по столу; Он бах в воду; Она целый день ля-ля-ля; Она ему шу-шу-шу).
Синтаксис Р. я. имеет след. особенности: конструкции с особым порядком слов (Значки я рада что купила; Наташа ты не знаешь когда приедет?; Тебе собака нравится когда в доме?), в т. ч. вопросительные высказывания, в к-рых вопросительное слово расположено не в начале, а в конце или в середине конструкции (Петя когда приедет?; Ваня почему не пришёл?; Она теперь живёт где?; Ты это принёс зачем?), специфические виды связи между предикативными конструкциями (напр., Портфель на диване лежит принеси мне; Я в больницу зуб болит еду), особые функции им. п. существительного - им. п. как зависимый член при существительном (Возьми там сыр остаток, ср. остаток сыра; Я тебе прочту письмо отрывок, ср. отрывок письма) и глаголе (Следующая остановка сойдёте; Любой троллейбус садитесь), нулевые глаголы-предикаты (Я в лес; Ты на каток?; Мы обедать; Вы пешком?; Она вечно о детях!; Он всё про своего пса; Вы бы покороче!), двойные глаголы-предикаты (Она лежит плачет, утешь её!; Он сидит читает; Вася в окно стоит смотрит), разные виды эллипсиса - нереализация прямой валентности (Намажь мне; Отрежь покороче; Заверните, пожалуйста) и обратной валентности (Передай вон ту толстую -о книге; Ты на верхней поищи - о полке шкафа) и др.
В области словообразования Р. я. характеризуется наличием особых экспрессивных средств - аффиксов, служащих для производства имён существительных и прилагательных (здоровяга, миляга, мрачняга: толстюга, жирнюга; грязнуля, капризуля; забываха, растеряха; глупыш, крепыш; зевака, ломака, кусака; чернущий, мрачнущий; тяжеленный, большенный) и способов словопроизводства (универбация - производство слов на базе словосочетаний: сгущённое молоко - сгущёнка, маршрутное такси - маршрутка; усечение: магнитофон - маг, видеомагнитофон - видео, диссертация - диссер). Отличительная черта словообразования Р. я.- активность индивидуального словотворчества. Напр.: Это моя соинфарктница, ср. сокомнатница; В пред-лифтниках очень холодно, ср. предбанник. Разг. словообразование имеет динамический характер: производное слово легко членится и является свободно построенной конструкцией, что объясняется условиями протекания речевого акта (непринуждённость общения, раскованность говорящих, стремление к экспрессивности). Напр., Сейчас он разорётся, раскричится, размашется руками; Он набегался, накатался, намёрзся. При этом в качестве отдельных слов, в т. ч. отдельных членов перечислительного ряда, могут выступать морфемы (Вот эта паста, колгейт, она анти что? — Анти плохие зубы; Я всё время подправляю, подчищаю, под - не знаю что).
В области лексики для Р. я. характерно широкое употребление местоимений разных видов, в т. ч. местоимений с повторами типа то-сё, туда-сюда, там-сям, так-сяк, употребляемых, когда говорящий не находит точного слова для завершения перечисления, напр.: Она пошла в магазин, хлеба купить, то-сё; Я его искала в шкафу, в коридоре, там-сям; наличие семантически опустошённых или полуопустошённых слов, выступающих на месте почти любого слова (сущ. дело, штука, оещь, музыка, история и т. п., ср. франц. machine, chose, нем. Zeug, Ding, Sache; глаголы валять, дуть, шпарить, бахать, жарить и т. п., ср. нем. tun, machen, bauen), напр.: Надоела мне эта история (о ремонте); Я пью без сахара, но с этой штукой (о пироге); Куда бы это дело засунуть? (о табуретке); Он на всех языках шпарите ему телеграмму бахнула. Разг. лексика отличается высокой экспрессивностью. В Р. я. метафоризации подвергаются целые группы слов, относящихся к одному семантическому пласту. Напр., названия нек-рых кушаний употребляются для неодобрительной оценки различных явлений {винегрет, каша, окрошка - о путанице, мешанине, смеси неоднородного; кисель, лапша, размазня, тюря - о вялом, бесхарактерном человеке).
В Р.я. существуют специфические виды номинативных средств- неоднословные номинации разных типов: У тебя есть чем писать? (т.е. карандаш, ручка и т.п.); Дай мне чем укрыться (т.е. одеяло, плед, простыню и т.п.); Над нами живёт уехала вчера в Крым;Через улицу переходит учится с нашим Петей в одном классе; однословные производные слова с прозрачной внутренней формой: Где наша прочищалка?; Принеси открывалку (о консервном ноже); Надоела эта тарахтелка под окном (о мотоцикле); Сними свои стукалки (о туфлях на высоких каблуках) и т. п.

 

Разговорная лексика - один из основных
разрядов словарного состава литературного языка, наряду с книжной (см. Книжная лексика) и нейтральной лексикой (см.). Р. л. образуют слова, распространённые преим. в разговорной речи (см.). Как и единицы других уровней языка, функионирующих гл. обр. в разг. речи, Р. л. ориентирована на неформальное общение в условиях межличностной коммуникации (непринуждённость общения и соответственно - выражения мыслей, чувств, отношения к предмету разговора). Поэтому Р. л. присуща сниженная экспрессивная окраска.
Р. л подразделяется на два неравных по объёму основных пласта: лексику обиходно-бытовую (составляет ббльшую часть Р. л.) и «лит. просторечие».
В обиходно-бытовой лексике с лексико-семанти-ческой точки зрения выделяются след.  группы.
1)   Ситуативные окказиональные наименования (однословные). Они характеризуются конкретной семантикой (при этом один и тот же предмет, явление имеет несколько наименований), напр. нейтраль му слову прищепки ('зажимы для прикрепление к верёвке повешенного на неё белья, платья и т. п.') соответствует целый ряд разг. слов: прищепы, защепки, защепы, зажимки, прижимки, держалки, цеплялки, закрепки, скрепки, шпильки.
2)  Слова с общим, широким значением: а) существительные, выступающие с «неопределённо-местоименными» значениями, напр.: вещь, субъект, существо, тип, факт, штука, бандура, волынка, дело, история, музыка и т. п. [^Терпимость сама по себе вещь хорошая* (Пушкин); А дело уже идёт к рассвету; Здесь такая история приключилась]; б) слова с очень общей или аморфной семантикой (слова-«губки»), напр.: времянка, деревяшка, забегаловка, железка, стекляшка, нормальный, простой, прямой, пустой и т. п. Значение таких слов конкретизируется ситуацией и контекстом; напр., забегаловкой может быть названо кафе, столовая, закусочная, буфет и т. п., а значение прилагательного простой уточняется в таких противопоставлениях, как простой - с узорами,-с отделкой,- с кремом,- шёлковый,- нейлоновый,— праздничный,- экстра,- люксовский и т. п. Для слов 1-й и 2-й групп уточняющие, конкретизирующие контексты и речевые ситуации необходимы. 3) Слова констатирующего значения {папа, электричка, столовка, раздевалка и т. п.). «Сни-женность» таких слов очевидна при сопоставлении
с их нейтральными синонимами: отец, электропо- езд, столовая, гардероб. 4) Слова оценочные. В Р. л. преобладают слова с отрицательной оценкой: балбес, растяпа, шантрапа, дрыхнуть, драпать и т. п. Отрицательную оценку в контекстах разг. речи приобретают слова нейтральные (.собака, сука, бык, кобыла, ср. орёл - с положительной оценкой - о смелом мужчине). Слова с положительной оценкой: заинька, лапочка (обращения), мальчонка.
С точки зрения функциональной (функционально-экспрессивной) выделение к.-л. пластов, группировок в обиходно-бытовой лексике представляет значительные трудности в силу диффузности границ между её разрядами, дробности и известной синкретичности эмоционально-экспрессивных характеристик, возможности многих слов выражать ряд экспрессивных оттенков. Это обусловлено в первую очередь ситуативным характером разг. речи, что создаёт зависимость семантики и особенно экспрессивной окраски слов от конкретных ситуаций и контекстов их употребления.
С точки зрения функционально-экспрессивной выделяются два ряда явлений. Один ряд - 1) лексика констатирующая, лишённая экспрессивно-оценочных оттенков (пятёрка — 'школьная оценка' или 'пять рублей'; глядеть, хворать), и 2) лексика экспрессивно окрашенная (значительно большая по объёму), она же - фамильярная, к-рую отличают динамичная выразительность, эмоциональная напряжённость, широкий диапазон экспрессивной окраски - от дружески фамильярной до грубо фамильярной и бранной.
Другой ряд - 1) лексика нейтрально-обиходная. Она употребляется в ситуациях, характеризующихся уравновешенностью взаимоотношений собеседников, спокойным, серьёзным и/или доброжелательным настроем при обсуждении к.-л. вопросов. В её состав входят слова преим. дружески фамильярные (в т. ч. шутливые), напр.: голубчик, ватага, сынок, лошадка, дрожать ('опасаться за к.-л.'), мчаться, домчаться, успеется и т. п.; 2) лексика разговорно-просторечная. Она реализуется в речи аффективной, порождаемой разного рода неординарными ситуациями, предполагающими эмоционально повышенное, напряжённое состояние участников диалога (полилога). Сюда относится гл. обр. грубо фамильярная лексика преим. с отрицательной оценкой [балаболить, загнуться ('умереть'), чертовщина и т. п.]. Возможны и слова с положительной оценкой (башка, бедовый, здброво).

 

Разбор - анализ языковых явлений и их характеристика в определённой последовательности; применяется в учебных целях как один из приёмов обучения русскому языку, как средство контроля и самоконтроля, как упражнение, позволяющее обобщить, систематизировать и закрепить языковые знания, умения и навыки. Р. может быть полным и частичным, устным и письменным. По содержанию различаются след. виды Р.: фонетический, лексический, Р. слова по составу (морфемный, словообразовательный, этимологический), морфологический, синтаксический, стилистический, орфографический, пунктуационный и др. В 90-е гг. 20 в. наиболее актуальным стал Р. (анализ) текста. Количество и характер выделяемых при Р. признаков определяются целями, задачами и условиями Р. (в школе и вузе, этапом обучения и т.д.).
При фонетическом Р. слово делится на слоги, определяются место ударения, состав звуков, даётся их характеристика (для гласных указывается, ударные они или безударные, для согласных — звонкие или глухие, твёрдые или мягкие), устанавливается соотносительность звуков с буквами. При лексическом Р выясняются лексическое значение слова, его стилистические свойства, особенности употребления и происхождение. При морфемном Р. выделяются окончание и основа, к-рая членится на корень, суффикс, приставку. При словообразовательном Р. выделяется производящая основа, выясняется способ образования слова, определяется порядок присоединения морфем в процессе словопроизводства. При этимологическом Р. выясняются исторический морфемный состав, прошлые словообразовательные связи (полный этимологический разбор в учебных целях не проводится). При морфологическом Р. (слбва как части речи) указываются начальная форма (для изменяемых частей речи), постоянные и непостоянные признаки, синтаксическая функция и сочетаемость. Для наречий, причастий и деепричастий указывается, от каких слов они образованы Так, существительных указываются: начальная форма (им. п. ед.ч.); постоянные признаки - нарицательное или собственное, одушевлённое или неодушевлённое, конкретное или отвлечённое (абстрактное), вещественное, собирательное или единичное, род, тип склонения; непостоянные признаки - падеж, число. У прилагательных указываются: начальная форма (им. п. ед. ч. муж. рода); постоянные признаки - разряд по значению (качественное, относительное или притяжательное); непостоянные признаки - падеж, число, род (в ед.ч.), у качественных отмечается также степень сравнения, полная или краткая форма. У числительных указываются: начальная форма (им. п.); постоянные признаки - разряд по составу (простое, составное, сложное), разряд по значению (количественное, порядковое, собирательное, дробное); непостоянные признаки — падеж, число (если есть) и род (если есть). У наречийи слов категории состояния указывается разряд по значению. У местоимений указываются: начальная форма (им. п. ед. ч.); постоянные признаки - разряд по значению (личные и т.д.), разряд по соотношению с другими частями речи (местоимения-существительные, местоимения-прилагательные, местоимения-числительные, местоимения-наречия); непостоянные признаки - падеж, число, род (если они есть). У глаголов указываются: начальная форма (инфинитив); постоянные признаки - возвратность, класс, вид, переходность, залог, тип спряжения; непостоянные признаки -наклонение, время, лицо, число, род (если есть). У причастий указываются: начальная форма (инфинитив или им. п. ед. ч. муж. рода); постоянные признаки - действительное или страдательное, вид, возвратность, время; непостоянные признаки - полная или краткая форма (у страдательных), падеж, число, род (у причастий в полной форме). У деепричастий указываются вид, возвратность При разборе причастий и деепричастий отмечаются также переходность и непереходность и другие глагольные свойства У предлогов указывается: производный или непроизводный, простой или составной, с каким падежом употреблён, разряд по значению. У союзов указываются: сочинительный или подчинительный, разряд по составу (простой или составной, производный или непроизводный), что соединяет. У частиц и междометий указывается разряд по значению.
При с интаксическом Р. словосочетаний указываются: вид словосочетания (подчинительное или сочинительное); для подчинительного словосочетания — главное (стержневое) и зависимое слова, простое или сложное словосочетание, вид и способ связи между словами. При синтаксическом Р. простого предложения указываются: вид предложения по цели высказывания (повествовательное, вопросительное, побудительное); утвердительное г ч отрицательное; отмечается, если предложение восклицательное; структура предложения (двусоставное, односоставное, нечленимое); распространённое или нераспространенное; полное или неполное; отмечается осложнённость предложения однородными членами, обособленными членами, обращением, вводными конструкциями. При синтаксическом Р. сложного предложения отмечается его тип (сложносочинённое, сложноподчинённое, бессоюзное), из скольких простых предложений (частей) состоит; у сложносочинённых отмечаются средства связи и грамматическое значение (смысловые отношения между частями); у сложноподчинённых выделяются главное и придаточное предложения (части), определяется вид придаточного, к чему относится, средства связи, место придаточного по отношению к главному и т. д. Если имеется несколько придаточных, отмечается вид подчинения: однородное, неоднородное (параллельное), последовательное. Для сложных бессоюзных предложений выясняются смысловые отношения между частями (одновременность, последовательность, противопоставление и т.д.).
При стилистическом Р. указываются: основная функция предложений (задачи речи), сфера применения (жанр, речевая ситуация); монологическая или диалогическая речь; стилевые черты
и способы их выражения (лексические, грамматические и др.).
При пунктуационном Р. (обычно он присоединяется к синтаксическому) объясняется употребление знаков препинания, отмечается наличие необходимых и достаточных условий их постановки. При орфографическом Р. орфограммы (см.) соотносятся с соответствующими правилами
При Р. (анализе) текста указываются: тема, тип речи (повествование, описание, рассуждение), стиль, ключевые слова, средства связи частей текста, синтаксические, морфологические, лексические, морфемные и словообразовательные, а также и фонетические особенности. Могут быть отмечены наиболее яркие орфограммы и пункто-граммы. Т. о., при анализе текста не только отмечаются специфические для него признаки, но и в известной мере суммируются разноуровневые характеристики языковых единиц.
Каждый текст индивидуален, поэтому, естественно, при анализе конкретного текста больше внимания может быть уделено к.-л. одному аспекту или уровню, наиболее характерному для данного текста.
В различных учебных и методических пособиях последовательность перечисления признаков обусловлена разнородными факторами: важностью признаков для характеристики языковых и/или речевых фактов, принципом описания языковых явлений («от строения к значению» или «от значения к строению»), стремлением соединить два этапа Р.: анализ языкового и/или речевого факта и его характеристику в определённой последовательности. Так, при морфемном Р. анализ состава слова соответствует последовательности пунктов характеристики: выделение аффиксов мотивируется в ходе Р. (окончание определяется изменением слова, выделение корня сопровождается подбором однокоренных слов, выделение суффиксов и приставок мотивируется подбором одноструктурных слов - слов с теми же суффиксами и приставками). Или, напр., при Р. простых предложений целесообразно сначала указать структурные, а затем только семантические признаки, т. к. при анализе очевидно, что структурные признаки для простого предложения являются более существенными и явными. Нередко анализ языковых явлений предшествует характеристике и по существу остаётся невыраженным. В характеристику языкового и/или речевого факта нередко включаются элементы первого этапа - анализа. Этим обусловлено требование аргументировать ту или иную квалификацию, а также последовательность отдельных пунктов характеристики. Так, указание рода имён существительных перед определением типа склонения обусловлено тем, что в основе разграничения типов склонения существительных лежит их родовой признак. При любом Р. требуется развёрнутый, мотивированный ответ, отражающий осмысленную связь явлений языка и речи.